Сибирские огни, № 3, 2010

Наталья ГОЛУБЕНКО ПУТЕМ ЛАБИРИНТА Литература и мировоззрение Из информационного потока сегодняш­ ней поп-культуры можйо составить пред­ ставление об иллюзорной оптимистичности нашего бытия. Однако же ситуация радикаль­ но противоположна той, что нам навязыва­ ет книжный рынок: ее следует рассматри­ вать как кризисную, и никак иначе. Вот не­ сколько тезисов по этому поводу. Культура и наша социальная действи­ тельность взаимосвязаны, и мы не можем утверждать, что их влияние односторонне. Не только бытие определяет сознание, но и сознание формирует бытие. Материалисти­ ческая и идеалистическая точки зрения в этом отношении равноправны. Мы, люди XXI века, имеем возможность наблюдать, во что выливается фанатичная приверженность лишь одной концепции. И сейчас самое вре­ мя вспомнить классическую формулу: тезис + антитезис = синтез. Первая мировая война, вторая мировая война, холодная война, взрыв ядерной бом­ бы — вот действительность, которая была рождена непримиримостью и которая рож­ дает современную культуру. Это и опреде­ лило современный кризис культуры. Сейчас как никогда важно сызнова сформировать культурную традицию любви к ближнему, причем любви не в сартровском смысле, когда под человеколюбием понимается ней­ тральная позиция наблюдателя. Это и явля­ ется основной нашей социально-культурной задачей. Самым большим достижением в худо­ жественном произведении традиционно считается герой. Нет смысла создавать про­ изведение ни большой, ни малой формы, если художник не изобразил яркого, живого героя, Личность, которая развивается, эво­ люционирует, живет собственной, неповто­ римой жизнью. Ходульность, схематизм ге­ роев — одна из самых серьезных проблем современного писателя. Герой, пытаясь быть оригинальным, становится то небритым мачо, целующим блондинку и стреляющим из револьвера во врага, то богатым метро- сексуалом — современным яппи, то феми­ нисткой, то гомосексуалистом. Главное, при­ влечь внимание читателя яркой оберткой с пустым содержанием. А содержание — гру­ бо и примитивно истолкованный Фрейд. Все поступки героя определяются низменными движениями его подсознания. Где высокие чувства, где глубина, где подлинно человечес­ кие качества, отличающие его от животного, которое живет лишь инстинктами? И ведь писатель безупречно честен с нами, действия его героя определены детскими психологичес­ кими травмами, он не способен на высокие, человеческие и сверхчеловеческие мысли и поступки, но смело признается, что у него есть причины ненавидеть весь мир, хотя, в то же время, ему просто нравится быть тряпкой, он испытывает от этого мазохистское удоволь­ ствие. Современный герой не способен лю­ бить. Это единственный и главный его страх — то, в чем он боится признаться. Герой схе­ матичен, обозначен лишь пунктирно, писатель пользуется трафаретом. Некоторые «ориги­ нальные» формы были перечислены выше. Все современное искусство, от музы­ ки до самого массового — кино, носит весь­ ма характерную особенность —- мозаич­ ность, фрагментарность. Конечно, крити­ чески настроенный читатель возразит, что это — свойство постмодернизма, домини­ рующего сейчас направления в искусстве. Однако же, чаще всего, такая фрагментация идет во вред произведению. За фрагмента­ ми, когда они становятся самоцелью, теря­ ется общий смысл. Мы не можем объяс­ нить, чем вызвано использование этого при­ ема. Конечно, первоначально художники пользовались этим приемом, чтобы описать рассыпающуюся действительность, но сей­ час многие пишут так, не понимая, зачем они это делают — ведь есть уже красивое определение. Можно также объяснить из­ лишне частое употребление этого приема, во-первых, посредственностью автора, ко­ торый не в состоянии продуцировать цело­ стное, законченное произведение, а во-вто- рых, китчем, необходимостью мимикриро­ вать под популярных авторов, попросту по