Сибирские огни, 2008, № 10

ЛЕОНИД НЕТРЕБО ВАРИАЦИИ НА ТЕМУ «Попался?» — спросил ты и потрепал меня по плечу. «Нет», — ответил я. «Тогда выпьем!»— предложил ты. «Не пью», — ответил я. «А сок?» «Давай». Ты открыл «дипломат» так, чтобы я, как и в прошлый раз, не видел содержимо­ го, и отдал мне пакет сока, а сам взял бутылку с водкой. Открыл, влил в себя треть, запил «моим» соком. Ты соловел на глазах. Затем спросил: «Можно, я отдохну, не спал всю ночь, боюсь, без отдыха будут не те ощущения от предстоящего моциона». «Валяй, искупаемся позже», — согласился я, сдерживая радость, решив, что настал счастливый момент, когда пора заканчивать наше знакомство. «Ложись и ты». «Хорошо, хорошо, не беспокойся...» Ты подложил «дипломат» под голову и скоро захрапел. Еще несколько минут, и ты отвернулся, уронив голову в траву, освобождая «подушку». Пора, решил я. Осто­ рожно взял «дипломат» и, стараясь не шуметь, удалился от тебя. Выйдя на тропинку, побежал... О чем я мог думать, когда бежал, ощущая приятную тяжесть маленького чемо­ дана, внутри которого громыхало, вероятно, что-то ценное?.. Сейчас сяду в первый попавшийся поезд, и — прощай город, прощай странный человек! Обиды свои ты уже пережил, а «дипломат» купишь новый. Я не выдержал и в укромном месте, в квартале от вокзала, вскрыл «дипломат», распахнул створки... Рядом с батоном хлеба и плиткой шоколада там лежал огром­ ный нож и... большой змеей, петляя по периметру ячейки, притаилась толстая ве­ ревка. Когда-то в детстве, еще когда я жил в интернате, когда еще верил в то, что ко мне скоро приедут мои родители и заберут меня домой, когда еще верил всему тому, что говорили воспитатели... Впрочем, неважно, во что я верил. Просто меня очень дав­ но как-то ударило током, я запомнил те ощущения. Так вот, когда я увидел нож и веревку, я вспомнил, как меня ударило током. Я захлопнул створки «дипломата», прижал его к груди как огромную ценность, как все, что у меня в этой жизни было. (На самом деле все правильно: у меня в тот момент только это и было, если не считать одежду, которая на мне). Я со всех ног побежал к тому месту, где мы недавно ели мороженое. Я подбежал к доске объявлений: «Не проходите мимо!», «Их разыскивает ми­ лиция». Я стоял и смотрел на фото-роботы, похожие друг на друга, и ничего не понимал. Я забежал в ЛОМ, в место, которое всю свою недолгую жизнь обходил за кило­ метр. Я проскочил мимо протестующего милиционера. Я заскочил в первый каби­ нет и бросил свою ношу на стол какого-то офицера... Потом все бежали за мной, который бежал впереди всех в сторону лесопо­ лосы... Ты спал. Твой крепкий сон в той летней лесополосе, наверное, спас многие жизни, кото­ рые могли еще встретиться на твоем пути... Ты говорил на очной ставке, что погода помешала, что я тебе понравился, что все было слишком хорошо — ни грозы, ни дождя... Ты сразу стал сотрудничать со следствием, но это тебя не спасло. Ты «порабо­ тал» в разных городах, и тебя вынуждены были перевозить с места на место. Тебя 50