Сибирские огни, 2008, № 10

при очевидно схожих во многом путях у них не получилось. КГБ неусыпно следил за обоими: в архивах сохранилось четыре записки об их контактах64. Многие комментаторы отмечали, что советское правительство от неожиданной силы западной реакции на известия из СССР о преследовании инакомыслящих про­ сто растерялось и, спасаясь из этого растерянного состояния, вынужденно снимает глушение западных передач. Одно это было уже большой победой. Этот первый духовный бой уже шёл сам собой, раздутый прессой. В него вовле­ кались многие люди как в СССР, так и за рубежом. Тем временем Александр Исаевич готовился ко второй «смертельной схватке», уже скорой, более жестокой и неизбеж­ ной после того, как взяли «Архипелаг». В это время он примерялся, какие пути могут избрать его противники. Среди них виделись и взятие заложниками детей (тут принято сверхчеловеческое решение: «наши дети не дороже памяти замученных миллионов, той Книги мы не остановим ни за что»65), и перехват рукописей на Западе, и юридические препятствия (предвидя этот натиск к защите за границей уже готовился адвокат Хееб), и личное опорочение, и запугивания, и переговоры... Об этом Солженицын записывает 23 сентября, а 24-го вдруг раздаётся взволно­ ванный звонок его бывшей жены Натальи Решетовской - та явилась вестницей от ГБ. Назначается встреча, на которой в завуалированной форме были предложены пере­ говоры. А.И. Солженицына просят не раздувать шума, не печатать главные вещи, он, пытаясь усыпить бдительность ГБ, даёт им надежду на это, но не открывает, конечно, главных козырей - ещё не всё готово... Тем временем в Париже, в издательстве YMCA-press, готовится к печати «Архи­ пелаг». Писатель рассчитывает его выход к 7 января - на православное Рождество. Но это сочинение выходит на 10дней раньше. «С января 70-го года этот выход всё отклады­ вался и откладывался, т.к. напечатать “Архипелаг” находясь самому в СССР, было рав­ носильно смерти, а смерть, как известно, не хочется торопить, отсюда и трёхлетняя оттяжка». К смерти же писатель со своей семьёй, как уже говорилось, был готов. После печатания А.И. Солженицын вновь создаёт прогноз действий противника66: 1. Убийство - на него вряд ли теперь могли пойти руководители Советского Союза, т.к. от этого на международной арене в виду широкой известности писателя имидж СССР сильно пошатнулся бы. 2. Арест и срок - маловероятно. 3. Ссылка без ареста - возможно. 4. Высылка заграницу - возможно. 5. Подать в суд на издательство - самое желательное для меня, и самое глупое для них. 6. Газетная кампания, подорвать доверие к книге - скорее всего. 7. Дискредитация автора (через мою бывшую жену) - скорее всего. 8. Переговоры - не ноль, но рано. 9. Уступки, отгородиться: до 1956 г. «не мы» - не ноль (к тому и подзаголовок был поставлен 1918 - 1956). Мировой отклик на русское издание книги превзошёл по силе и густоте всё мыслимое. В чём была причина такого общественного резонанса, ведь к моменту выхода «Архипелага» на западе уже было напечатано более двадцати книг на лагер­ ную тему? Конечно, неоспоримы фактические, историософские и художественные досто­ инства сочинения. В отличие от обычных исторических книг «Архипелаг ГУЛаг» - это опыт художественного исследования, совсем новый литературный жанр. Внушительна масштабность: через книгу говорит не один автор (он называет себя лишь составителем), а слышны сотни человеческих голосов. Охват произведе­ ния также потрясающ. По сути, даётся полная оценка всей советской системы, про­ изводится как бы суд над эпохой. 61 См. Приложения. 65 Бодался телёнок с дубом. С. 136. “ См. там же, с. 144. 137 АНДРЕЙ ДУДАРЕВ «ЭКЗОРЦИСТ РУССКОЙ ДУШИ»