Сибирские огни, 2008, № 10

АНДРЕЙ ДУДАРЕВ «ЭКЗОРЦИСТ РУССКОЙ ДУШИ» чанием, они восприняли этот выпад как запрещённый удар. Лишь 22 сентября 1967 г. Александр Исаевич был вызван на заседание Секретариата Союза Писателей СССР. Состоялся жесткий разговор, но каких-то однозначных выводов ни одной из сторон сделано не было36. Показательно свидетельство А.Т. Твардовского. После разговора он прислал А.И. Солженицыну записку, в которой восторгался тем, как тот держался. Важно сказать, что КГБ уже вплотнуюследило за действиями писателя. В архиве госбезопасности сохранилась записка в ЦК, подписанная Ю.В. Андроповым, о пе­ репечатывании романа «В круге первом». В этой записке комитет госбезопасности докладывает о том, что Жорес Медведев и Валерий Павленчук приступили к размно­ жению на пишущей машинке этого сочинения37. 9 апреля 1968 г. в литературном приложении к «Таймс» печатаются отрывки из «Ракового корпуса», причём сам писатель по этому поводу говорит: «Именно “Кор­ пуса” я никогда на Запад не передавал. Предлагали мне, и пути были - я почему-то отказывался, без всякого расчёта. А уж сам попал - ну, значит, так надо, пришли Божьи сроки»38. 2 июля 1968 г. Александр Исаевич, напряжённо работая, заканчивает «Архипе­ лаг ГУЛаг» - главный свой ударный труд. «Не объёмный расчёт ведёт меня - тон­ нельная интуиция»39. В этот же день вдруг такая новость: на Западе, пока малым тиражом вышел «Круг первый». Вскоре писатель конспиративно переправляет че­ рез границу и «Архипелаг». «Как ты мудро и сильно ведёшь меня, Господи!»40 Через некоторое время грянули чехословацкие события, которые начались с писательского чехословацкого съезда, а он с письма Солженицына, прочтённого Когоутом41. Александр Исаевич внимательно следит за событиями и даже хочет от­ крыто выступить против вторжения советских войск в Чехословакию, но воздержи­ вается: «надо приберечь горло для главного крика»42. Он ждёт перевода «Архипела­ га» на английский язык. Вскоре писатель получает французскую премию за лучшую книгу года, изби­ рается в американские академии «Arts and Letters» и «Arts and Sciences». Он обза­ водится своим адвокатом на западе. Однако у себя на родине к нему прямо противо­ положное отношение: осенью А.И. Солженицын исключается в Рязани из писатель­ ской организации. В ответ он придаёт гласности изложение заседания Секретариата Союза Писателей СССР. Позже туда же им посылается открытое письмо43. За А.И. Солженицыным с этого момента устанавливается более пристальная слежка. Он находит убежище и приют на даче своего друга М.Л. Растроповича. Решимость Александра Исаевича к открытому выступлению к тому моменту уже довольно сильно окрепла, но какую тактику здесь лучше избрать? Один из вари­ антов был «разить нашу мертвичину лагерным знанием, но оттуда»44, для чего не­ плохо было бы получить Нобелевскую премию, подобно Б.Л. Пастернаку. Нобелев­ ская премия усиливала силу голоса в несколько раз. Тогда можно было бы сказать всю правду, не пригибаясь и не искажая. Но Наталья Светлова, будущая жена писателя, верный друг и единомышленник стала убеждать его в обратном, говоря, что как раз оттуда все слова будут «отшибаться железною коркой», надо вести борьбу отсюда. В архивах КГБ имеется ещё один документ, подтверждающий неусыпную слеж­ ку за всеми действиями А.И. Солженицына: перехватывается письмо писателя 34 См.: «Изложение заседания секретариата союза писателей СССР», 22 сентября 1967 г Бодался телёнок с дубом. Приложения. С. 172. 37 См. приложения. 38 Бодался телёнок с дубом. С.78. 39 Там же, с. 79. ® Там же, с.80. 41 Конечно, здесь влияние А.И. Солженицына не прямое, а косвенное. 42 Там же, с.85. 43 См.: «Изложение Секретариата Союза Писателей СССР» и «В Секретариат Союза Писа­ телей СССР». Бодался телёнок с дубом. Приложения. С. 172 -182 . 44 Бодался телёнок с дубом. С. 111.