Сибирские огни, 2008, № 2

ВАЛЕРИЙ КАЗАКОВ аЙЩщ ТЕНЬ ГОБЛИНА Позже Обрушко рассказал Скурашу, что ночью их собрал Плавский, и они по­ чти до утра обсуждали ситуацию. Поднимать войска, на чем настаивал Евлампов, генерал наотрез отказался: «Я никогда не позволю, чтобы по моей вине кто-то развя­ зал новую гражданскую войну. Хватит, навоевались». Резиново тянулось время, все собрались в кабинете Лаврентия Михайловича и, заглушая волнение анекдотами, ожидали возвращения начальника из Белого дома. Секретарь вернулся внешне спокойным, только желваки, ходившие на скулах, опали, а темные молнии, сверкающие в зрачках, превратились в тлеющие безразли­ чием угольки. Попросив никого с ним не соединять, он вызвал помощника и заперся в кабинете. Вездесущий «Сашка Советский Союз» по пути из Дома правительства засек наружку, проводил шефа и задержал машину, из которой выволок невзрачного му­ жика и такую же бесцветную женщину. Те быстро смекнули, что вляпались в дур­ ную историю, и, особенно не препираясь, признались в своей принадлежности к Главному штабу МВД и в том, что уже неделю «водят» машину секретаря. Записав их показания на видеопленку, задержанных передали прибывшим с Житной полков­ никам. Стараниями Брахманинова эти кадры попали в «Си-эн-эн» и разошлись по мировым агентствам. Вслед за начальником в своих кабинетах заперлись ближайшие сторонники Плав­ ского и на полную мощность запустили бумагоизмельчающие машины. Не отставал от сослуживцев и Скураш. Какой-то внутренний дискомфорт зас­ тавлял мозги работать только в одном направлении: в ящиках стола не должно остаться ни одного клочка бумаги. Кто знает, как они завтра будут прочтены чужи­ ми людьми. Закончив возиться с бумагами, Малюта решил все-таки заглянуть к Инге. Мрозь сидела на своем рабочем месте и сосредоточенно читала толстый жур­ нал. — A-а, привет. Говори быстрее, что надо, а то сейчас девочки вернутся. — Да ничего, собственно, не надо, просто проведать зашел. Собираюсь пообе­ дать. Если есть желание, можно сходить в наш ресторанчик. Чует одно мое место, что скоро конец нашей конторе. — Думаю, что конторе-то еще не конец, а вот многих отсюда попросят... — Инга на секунду замолчала, сомневаясь, следует ли продолжать начатую фразу, но после некоторых колебаний выпалила: — И тебя, по всему видать, тоже. — Не понял. — Чего ты не понял? Тебя же русским языком попросили не соваться, куда не следует, а ты что сделал? Сорвался и побежал звонить. Ну, и кому ты помог?.. Слаба­ ком оказался твой Плавский, испугался, видишь ли, руки замарать и поднять то, что ему принадлежит по праву. Такое здесь не прощают... Давай беги и дальше его спасай! Хотела бы я посмотреть, как он тебе когда-нибудь поможет... Все, дорогой мой, твоей карьере конец. Поэтому, знаешь, я тебя очень прошу: не приставай ко мне больше с глупыми предложениями и вообще делай вид, что мы незнакомы... Вы что, в самом деле все чокнутые и пришли сюда спасать Отечество? Да кому вы нужны? Малюта медленно закипал. Наверное, впервые в жизни ему вдруг захотелось ударить женщину. Инга, видимо, это почувствовала и быстро переменила интона­ цию: — Ладно, только не дури. Надо взять себя в руки... Мы какое-то время не сможем встречаться... — она сделала вид, что готова пустить в ход самое безотказ­ ное женское оружие — слезы. — Тебе уже все равно терять нечего, а я что буду делать без этой работы? Ты сам виноват во всем, ведь все так хорошо начиналось... Ты даже не представляешь, куда, на какие высоты ты закрыл себе дорогу... И мне тоже. Губы Скураша дрогнули в презрительной усмешке. Крутанувшись на каблуках, он молча вышел вон. «Да и хрен с ней, с этой стервой!Сука — она и в Африке сука. На самом деле все к лучшему, — размышлял он по дороге в столовую. — Хотя при чем здесь эта дура? 38