Сибирские огни, 2008, № 2

ВАЛЕРИЙ КАЗАКОВ ТЕНЬ ГОБЛИНА Скурашу вспомнилась армяно-азербайджанская война в Карабахе и самодель­ ные танки. Одно такое чудо бронетехники ему показали по дороге в Горис. — Здесь недалеко Нахичеванский фронт проходил, — рассказывал Аветис. — Азики вооружены были классно. Старый Алиев тогда еще в Нахичевани в изгнании жил, так что «бабок» на оружие хватало. А у нас «калаши» да охотничьи ружья поначалу были, словом, ополченцы. Так вот, местные умельцы и соорудили этого монстра. Действительно, более точного определения, чем монстр, для этой пятнистой громадины нельзя было и придумать. На огромный японский бульдозер был надет сваренный из металлических листов короб с прорезями амбразур, небольшой вра­ щающейся башней для крупнокалиберного пулемета и даже «буржуйкой» для ото­ пления. Издалека это сооружение напоминало танк времен Первой мировой войны, но огромный, клинообразный, расширяющийся книзу рабочий нож придавал тех­ нике какой-то особо угрожающий вид и зловеще блестел на солнце, словно отполи­ рованный рубкой топор мясника. Вот и эти, изуродованные с точки зрения эстетики и автомобильного дизайна «тойоты», изнутри более походили на жилища первобытного человека, где все было подвязано, прикручено, болталось и свисало, зато с военной точки зрения служило дополнительной защитой. Слегка размытая светом и исцарапанная скоростью тьма летела сбоку. Никакой войны, только несущиеся в ночь люди, загнанные чужой во­ лей в дорогие, блестящие краской и хромом железные банки. Почти во всех селениях высокий кортеж встречали радостно, махали руками. Несмотря на ночь и живущий внутри каждого страх, в толпе было много женщин и детей. Кавказ устал от необъявленной войны, от беспредела чеченцев и «федера­ лов», от лживости прессы и коматозной пассивности властей. Всем хотелось мира, и свои надежды они связывали с этими невесть куда спешащими машинами и, прежде всего, с сидящим в одной из них человеком. — Забавное дело выходит, — обращаясь к Брахманинову, нарушил молчание Скураш. -—Казалось бы, что такое власть? Абстракция, виртуальность, ни взвесить, ни потрогать — а что с людьми делает? Смотрите, сколько на их лицах искренней радости и надежды. Неужели такое до самого Грозного будет? — Не будэт, — поперхнувшись табачным дымом, ответил водитель. — Чэрэз пять киломэтров граница будэт. Блокпосты «фэдэралов» пойдут, аны радоваться нэ будут. Им все по фыгу, — и, доверительно понизив голос, спросил: — Правду сэкрэ- тар мир приэхал с Масхадовым сдэлат? Эх, нада это, очэн нада! — И нам хотелось бы того же, — присоединился к разговору пресс-секретарь, — только ведь чеченцы все равно не успокоятся, обратят этот мир себе на пользу, перевооружатся, а нас обвинят в трусости. Я что, не прав? — Можэт, и прав, а как тогда узнаэш, будут аны жить мирно, эсли им мир нэ дават? — Тоже логика, — согласился Александр. — А что касается власти, Малюта Максимович, и ее абстрактности, так, на мой взгляд, нематериальное как раз проч­ нее и долговечнее сущего... — С этим никто и не спорит. Я не о долговечности говорю, а о сути власти, ее естестве. Вообще что это такое — власть? Ведь по сути ее вещественно нет, есть только атрибуты и признаки, а мир, сколько себя помнит, все пляшет вокруг этой фиговины. Аслан, вы что думаете по этому поводу? — Я чэловэк малэнький, — явно польщенный вниманием, серьезно начал води­ тель, — но скоро вы увидытэ этот власт. У нас автомат— вот что власт! Ест автомат — ест власт!.. Скоро пост, там нэ спрашиваэт, там стрэляэт. Я так понэмаю: власт нужэн, бэз нэе совсэм бардак, только дурак нэлзя власт дават. Зачэм Элцын Дудаэву власт давал? Но договорить не довелось. Машины начали притормаживать и вскоре остано­ вились. Справа от дороги в бледном тревожном свете фар кривлялись причудливы­ ми изломами теней бетонные сооружения. Все повыпрыгивали на асфальт. Затек­ шие ноги с облегчением запрыгали по твердой земле. Марганов убежал искать сво­ 24