Сибирские огни, 2008, № 2

ЕВГЕНИЙ КАСИМОВ Ъ&Щ ПЕРВЫЙ РУССКИЙ РАЗВЕДЧИК тин едет в Кафу (Феодосию) и потом дальше, на родину, увозя с собой несколько тетрадей. Индия всегда манила европейцев. Это была изумрудная мечта и российских государей. Жириновский, призвав омыть сапоги в водах Индийского океана, просто выразил тем самым эту сокровенную государственную мечту. Чего беспокоиться? Сегодня наши танки уже там. Правда, поставляются они по торговому договору. И все у нас «бхай-бхай». Троцкий, возглавляя вооруженные силы советской республики, готов был бро­ сить красных конников на Индию, и все к этому шло, но как-то увязли наши револю­ ционные бойцы в Иране и Афганистане, а потом и вообще ушли оттуда. И сил не хватало, да и Москва в это время договаривалась с Лондоном. Павел I готовил индийский поход, что, говорят, и стало причиной его гибели: англичане, обеспокоенные активностью русских, интриговали против императора. Петр Великий, снарядив в 1717 году экспедицию в Хиву, подробно инструктиро­ вал своего посланца князя Бековича-Черкасского, чтобы тот, прибыв в Хиву, тут же одного из участников экспедиции «под видом купчины» отправил дальше, в Остин- дию, к «Маголу». Агент должен был открыть «водяной путь» и привезти царю всяких невиданных зверей и птиц. Бековича убили коварные азиаты, и окно на Восток так и не было прорублено. Пути в Индию искали давно. Еще в 1676 году Махмет-Исуп Касимов был отправ­ лен послом в Индию, но вынужден был из Кабула вернуться назад, не достигнув цели. А за двести лет до этого в свое путешествие отправился Афанасий Никитин. И долго странствовал по Индии. И много странностей в этом необыкновенном путешествии. Афанасия Никитин едет вниз по Волге с купцами и послом ширваншаха Хасан- беком. Люди астраханского хана Касима нападают на суда и грабят их. Кто-то возвра­ щается на Русь, кто-то идет в Баку работать, а Никитин идет — в Чапакур. Потом, через многие города, в Ормуз. Покупает жеребца на продажу, который встал ему «во сто рублей». Водит по Ин­ дии коня несколько месяцев, а продает его, только когда уже собирается покинуть «Гун- дустанскую землю»! При этом сам же пишет, что коней у них много, что «коней приво­ зят из Хорасанской земли, иных из Арабской земли, иных из Туркменской земли, иных из Чаготайской земли, а привозят их все морем в тавах — индийских кораблях». Тщательно высчитывает расстояния между городами: «От Ормуза морем идти до Калхата десять дней, а от Калхата до Дега шесть дней и от Дега до Маскарта шесть дней, а от Маскарта до Гуджарата десять дней, а от Гуджарата до Камбея четыре дня, а от Камбея до Чаула двенадцать дней, а от Чаула до Дабхола шесть дней. Дабхол же в Индостане пристань последняя бессерменская. А от Дабхола до Кожикоде двадцать пять дней пути, а от Кожикоде до Цейлона пятнадцать дней... etc.» Дальше следует описание всех пристаней. Описывает климат: «В Индостане большой жары нет. Очень жарко в Ормузе и на Бахрейне, где жемчуг родится, да в Джидде, да в Баку, да в Египте, да в Аравии, да в Ларе. А в Хорасанской земле жарко, да не так. Очень жарко в Чаготае. В Ширазе, да в Йезде, да в Кашане жарко, но там ветер бывает. А в Гиляне душно и парит сильно, да в Шамахе парит сильно; в Багдаде жарко, да в Хумсе и в Дамаске жарко, а в Халебе не так жарко». Во многих этих местах Никитин не был, но информацию о них собирал. Замечает ориентиры: «В Бидаре Великом, в бессерменской Индии, в Великую ночь на Великий день смотрел я, как Плеяды и Орион в зорю вошли, а Большая Медведица головою стояла на восток». Подробно рассказывает о нравах, обычаях, при этом шифрует записи: некоторые фрагменты дневника (что касается веры или интимной стороны жизни) — написаны по-тюркски и персидски. Как купец, конечно, интересуется, что продают, что покупают, но особое внима­ ние обращает на политическую ситуацию, на укрепление городов, на количество войск, на их состав, на вооружение. Приведем обширные цитаты: «Джуннар-град стоит на скале каменной, не укреплен ничем, богом огражден. И пути на ту гору день, ходят по одному человеку: дорога узка, двоим пройти нельзя». «В Индийской земле княжат все хорасанцы, и бояре все хорасанцы. А гундустан- цы все пешие и ходят перед хорасанцами, которые на конях; а остальные все пешие, ходят быстро, все наги да босы, в руке щит, в другой — меч, а иные с большими пря­ мыми луками да стрелами. Бой ведут все больше на слонах. Впереди идут пешие вои­ ны, за ними — хорасанцы в доспехах на конях, сами в доспехах и кони. Слонам к 158 г 0-110®6 и бивням привязывают большие кованые мечи, по кентарю весом, да облачают