Сибирские огни, 2008, № 2

ВИТАЛИЙ ЗЕЛЕНСКИЙ ВЕЛИКИЙ РАДЕТЕЛЬ СИБИРИ В Омске Николай Михайлович задержался без малого на 5 лет. Написал массу проектов для генерал-губернатора, в том числе о положении ссылки, деятельно со­ трудничал в Комиссии по земельному устройству крестьян Западной Сибири. Н.М. Ядринцев — один из инициаторов образования в Омске Западно-Сибирского отде­ ления Русского географического общества, совершает, по поручению этого обще­ ства, две экспедиции на Алтай. В газете «Сибирь» напечатаны статьи Ядринцева «Сибирь и Александр I», «Думы о сибирской железной дороге», «Очерки обще­ ственной жизни Сибири», «С Барабы» и др. «Отечественные записки» знакомят чи­ тателей с новой работой Ядринцева «Судьба русских поселений на Урале». Его отчет в «Записках Западно-Сибирского отделения Русского географического общества» об экспедиции на Алтай послужил основой для доклада географа М.И. Венюкова в Париже. За изучение переселенческого дела на Алтае Н.М. Ядринцев награжден Золотой медалью географического общества. В этот же период своей деятельности он пишет «Программу для изучения сельской общины в Сибири», а также «Про­ грамму для исследования быта инородцев» и «Программу для исследования пере­ селений». В последний год своей службы в Омске успевает выступить с крупными статьями в таких известных изданиях, как «Русский курьер», «Русская речь», в жур­ налах «Вестник Европы», «Отечественные записки», «Русское богатство». Одна из его записок была представлена министру. Генерал Казнаков покровительствовал ему, но для местных чиновников Ядрин­ цев был чужой, они его не любили. Гражданская совесть Николая Михайловича была чиста: он все, что мог, делал во благо горячо любимой Сибири. После того, как Н.Г. Казнаков по болезни отъехал в Петербург, Н.М. Ядринцев решил тоже оставить службу и обратился к литературной деятельности. В январе 1881 года он с семьей возвращается в Петербург, а в марте подает в отставку, поселяет­ ся на лето в Большом Селе Рязанской губернии, где живут его близкие. Он теперь не только главный публицист Сибири, но и путешественник и ученый-этнограф. Он по­ лон новых творческих замыслов. СИБИРСКАЯ ШВЕЙЦАРИЯ (Из путевых заметок по Алтаю) Название этой главы предлагаемых очерков в точности воспроизводит название путевых заметок Н.М. Ядринцева, впервые увидевших свет на страницах журнала «Русское богатство», 1880, № 8 , считавшегося в России, по выражению В.И. Ленина, «главным и наиболее солидным народническим органом». Путешествуя ежегодно в летние месяцы «дикарем» по Чарышу и его притокам (1985-1992 гг.), я и не знал, что ходим мы по той самой Сибирской Швейцарии, где сто лет назад проходил Ядринцев. Не знал до тех пор, когда мне в руки попал IV том «Литературного наследства Сиби­ ри», а в нем названый очерк Ядринцева. Он мне открыл то, о чем уже не знает ни один из местных жителей. Шли мы по крупномасштабной карте лесного ведомства, висевшей на стене в кабинете старшего летчика-наблюдателя Чарышской базы авиаохраны лесов Алек­ сандра Андросова. Карта была без орографии, что затрудняло пользование ею в горной местности, но что касается местных предметов, они были нанесены с топог­ рафической точностью, как на военной карте. Для ориентирования в пешем походе это было уже кое-что. Однажды, спустившись с белков, выходим к месту, которое обозначено таин­ ственным названием Белоусов Камень. Идем по равнине, путаясь ногами в зарослях карликовой березки, дальше, похоже, нас встретит верховое болото с большими коч­ ками. Дело к вечеру, а мы еще не нашли подходящего места для ночевки. Впереди замаячила каменистая гряда. Здесь нередко встречаются эти, словно из земли выра­ стающие камни, их называют останцы. Сверяемся по карте: точно, это Белоусов Камень. Гряда состоит из огромных валунов, в живописном беспорядке громоздя­ щихся среди равнины. Камни от подножия до макушек сплошь поросли непролаз­ ным кедровым стлаником. От крайнего большого камня тянется снежный язык, из- под него сочится ручеек чистейшей воды. Вот и место для привала! Дело привычное: острым ножом настрогать кудрявых вершинок, а когда набе­ рется порядочная охапка, разбросать поверх упругой поросли той же нана-березки, сверху ставится палатка с полотняным днищем, на растяжках, само собой, и мягкое пышное ложе с надежною крышей над головой готово. Собрать сухого мелкого сучья, развести костер, зачерпнуть из ручья воды, подвесить на стальном тросике, I натянутом между рогульками, закопченный котелок...