Сибирские огни, 2008, № 2

и горячо поцеловал эти руки, которые отдали свои ценности «в долю другого прида­ ного, другой невесте, моей родине, начинавшей новую жизнь...» Записки свои, проникнутые любовью и заботой о благополучии и обновле­ нии всей жизни Сибири, Ядринцев приносил Н.Г. Казнакову, и каждый раз их бесе­ ды становились продолжительней. В очередной свой визит, принеся последние из востребованных работ, Николай Михайлович застал генерала в мундире, только что воротившегося из дворца. Он сообщил радостную весть — по его докладу государь согласился на создание университета в Сибири и поручил выработать для него проект. Обрадованный этим известием и поздравлением Ядринцев написал для газеты А.А. Краевского «Голос» несколько статей по поводу назначения нового генерал- губернатора Сибири и связанных с этим событием ожиданий сибиряков. Он напо­ минал заинтересованному читателю, как ждала Сибирь Сперанского, как ждет она давно правосудия. Статьи эти были раскатами петербургского грома над трепетав­ шими сибирскими чиновниками, успокоившимися при Хрущеве и погрузившими Сибирь в застой, мрак и безгласность. Перед своим отъездом в Сибирь Казнаков сказал Ядринцеву, что постарается оправдать его ожидания. Действительно, скоро донеслись слухи, какое впечатление на сибирских чиновников произвел приезд нового царского администратора. Мно­ гие загодя бросили места, едва почуяв угрозу своей необъятной власти. Казнаков атаковывал встретивших его чиновников неожиданными вопросами о сибирских делах, о ссылке, и все изумлялись, откуда новый генерал-губернатор узнал все это. В Сибири привыкли видеть высших лиц администрации незнакомыми с местными делами и брали их в руки. Здесь было наоборот: генерал-губернатор Казнаков явился в Сибирь как бы ревизором... В Петербург между тем явился освобожденный друг Ядринцева Г.Н. Потанин, их встреча была радостной, они часто виделись. Потанин писал по поручению П.П. Семенова (Тян-Шанского) прибавление к «Землеведению Азии» Риттера. Все изме­ нилось, и люди, бывшие в опале, в ссылке, появились вновь у очага сибирских дел. Перед нами встал тот же трудноразрешимый вопрос: о сибирской печати. Теперь он казался еще более назревшим, чем в 60-е годы. Целую зиму шли совещания у Б.А. Милютина, журналиста и издателя, — у него была мысль издавать газету «Восток» в Петербурге. Он ходатайствовал, но ему не разрешили: тогдашнее главное управле­ ние печати не благоволило увеличению газет. Приятель Ядринцева казачий офицер и журналист Андрей Павлович Нестеров (привлекался по делу сибирских «сепаратистов», но в 1868 году освобожден за недо­ казанностью вины) приобрел в Иркутске хиреющую в неумелых руках газету «Си­ бирь». Это издание просуществовало много лет, все это время Ядринцев и другие об­ ластники поддерживали ее своим сотрудничеством. Между прочим, однажды ир­ кутский полицмейстер (впоследствии судимый за поджог и разные другие пре­ ступления) произвел в редакции этой газеты обыск подтем предлогом, что она поддер­ живала связи «с сепаратистами Потаниным и Ядринцевым», хотя они были давно свободные люди. Этот самовольный поступок слишком ретивого служаки не по­ лучил, однако, одобрения со стороны иркутских властей, и газета продолжала вы­ ходить. В Петербурге еще Николай Михайлович познакомился с попечителем и строите­ лем сибирского университета В. М. Флоринским. Василий Маркович — доктор меди­ цины, профессор по кафедре акушерства и гинекологии в Казанском университете, общественный деятель, археолог и историк, автор трудов о башкирцах и первобытных славянах, а также популярного «Лечебника для народного употребления», — принял на себя все практические дела по университету, проект его вырабатывался, стоял лишь вопрос, где строить — в Омске или Томске. Ядринцев высказывался за Томск. Зимой 1876 года приехал в Петербург генерал-губернатор Западной Сибири Каз­ наков. При свидании с Ядринцевым он сделал ему соблазнительное предложение: —Ядринцев, поедемте со мной, вы любите свою Сибирь, вы так изучили ее нуж­ ды, ее вопросы, будем работать вместе... Когда Николай Михайлович сказал жене о предложении генерал-губернатора поступить к нему на службу и спросил, согласна ли она оставить Петербург, то получил согласие и благословение Аделаиды Федоровны. Ядринцевы продали все свое имущество, оставили уютную квартирку в Петербурге, где так покойно жилось, и поехали в Сибирь. Ехали за свой счет, так как разрешение на службу пришло в Омск через полгода, пройдя через комитет министров. Правительство помнило и знало Яд­ ринцева со всеми его сущими и мнимыми прегрешениями, но у него были солидные рекомендации по его литературным работам. [ 3 9 ВИТАЛИЙ ЗЕЛЕНСКИЙ ВЕЛИКИЙ РАДЕТЕЛЬ СИБИРИ