Сибирские огни, 2008, № 2

ВАЛЕРИЙ КАЗАКОВ ТЕНЬ ГОБЛИНА государство вам платит полторы-две тысячи деревянных рублей, а коммерческий банк — пять тысяч долларов? — А что здесь отвечать? Конечно, на банк, тем более под крышей государства! Выходит полная реализация сучьего принципа двойной морали, чего же не порабо­ тать... — Правильно. Но почему мы с вами это понимаем, а президент и правитель­ ство делают вид, как в том анекдоте: «Папа, а что это было?..» Конечно, Боже упаси, я не собираюсь грести всех под одну гребенку, даже проводить различия между начальниками и подчиненными, дескать, одни — честные и преданные делу, а вто­ рые — зажравшиеся и развращенные вседозволенностью. Это глупо. Повинуясь законам службы, вторые неизбежно вырастают из первых, а потом уже в силу всту­ пает всесильный закон сохранения собственной жопы на господствующих высотах. Вот и получаем подобное по собственному образцу. Чему можно научиться в пле­ мени людоедов, где убийство человека — не просто норма, а дело почетное, заслу­ живающее уважения и всеобщего признания?.. Все прогнило, и мы тем более долж­ ны ценить людей, сохранивших в себе хоть что-то человеческое. Им в той жизни было намного тяжелее, чем нам. Представьте себе: отец— людоед, учителя —-людоеды, а вы— вегетарианец. Сколько мучений! Сколько силы надо, чтобы выжить и не стать как все!.. Но это все лирика, любезный Малюта Максимович, а правда жизни такова: президент тяжело болен, и неизвестно, чем его болезнь окончится. Страной управля­ ют смутные личности, для которых сохранение высокого уровня криминала крайне выгодно. Плавский на несколько минут замолчал, как бы обдумывая последнюю фразу, потом резко остановился и, просверлив Малюту своим бронебойным взглядом, про­ должил: — Да никто фактически страной не управляет, просто пока еще работает нала­ женный механизм и инерция мышления, построенного на страхе. Когда это все кон­ чится, произойдет трагедия. Генерал замолчал. Грубое, слегка рябое и оттого похожее на вырубленное из степного камня лицо потускнело, брови сошлись у переносицы, плечи слегка ссуту­ лились, шаги стали медленнее, казалось, что вся тяжесть ответственности, которую он добровольно взвалил на себя, ломая ненадежные подпорки, вдруг настигла его и придавила к земле. Тень боли скользнула по застывшим скулам. Плавский по-бычьи мотнул головой, с опаской глянув на собеседника. Малюта, наэлектризованный близостью и откровенностью шефа, инстинктив­ но ощущал его состояние и всем своим видом показывал, что ничего не замечает, а полностью поглощен перевариванием полученной информации. — У нас вчера состоялась весьма интересная встреча с министром МВД Бо­ лотовым. Так вот, одной из тем, которые мы затрагивали, было создание так назы­ ваемого «Белого легиона», некоей подчиненной Совету национальной стабильно­ сти военизированной организации, призванной в кратчайшее время если не по­ кончить с преступностью и коррупцией, то хотя бы начать с ней непримиримую борьбу... — Но ведь, извините, такие организации уже существуют, на мой взгляд, их даже слишком много... — Существуют. А что толку? На кого они работают? Уж точно не на благо государства, им только прикрываются. Речь идет о создании принципиально и каче­ ственно новой структуры. Болотов предлагал создать легион как секретное подраз­ деление внутри своего министерства и уже через него замкнуть его на наше ведом­ ство. Если пойти по этой схеме, то вы, естественно, правы — получится очередной мертворожденный уродец. Вы, кажется, были на войне? — Только как военный советник... — Тоже мне, ангелочек выискался. Вы смотрите, от скромности не помрите, мне-то не надо лапшу на уши вешать. Советники! Вы все там так понасоветовали, что за вас «духи» самые большие вознаграждения назначали. — Иван Павлович, простите, что перебиваю, но такого бакшиша, как за вашу голову, за всех советников вместе взятых...