Сибирские огни, 2007, № 5

Гайдамак знала, что говорила. Вокруг женщин, составлявших костяк банного штата, в основном жительниц района, в котором располагалась баня, всегда крутились их мужья. Мужчины при­ носили сюда пиво в трехлитровых банках и общались в подсобных помещениях, от­ куда их иногда с треском выпроваживала грозная директриса, сама происходившая из местного контингента, но, не в пример другим, «завоевавшая» авторитет и вырос­ шая до директора бани. Действительно, Жульен Ибрагимовна горела на работе, иногда задерживаясь допоздна на вверенной ей производственной территории. Однажды, взяв с собой Анатолия в качестве, разумеется, бригадира, Жульен Иб­ рагимовна «пошла в обход» служебных помещений «с целью выявления беспоряд­ ка». По пути директриса рассказывала о житье-бытье местного банного населения: — Общаться им негде, Анатоль. Соцкультбыт? Сам знаешь!.. А мужики с рабо­ ты придут— раз водочки, там, бормотушки, раз пивка. Ага! Недопили! Куда бежать, где пообщаться? В йбаню! А тут всегда найдется чего и у кого. Тут йкум, тут йсват, йшурин!.. До чего дошло: дни рождения здесь отмечают, безобразники... Нет чтобы дома, в уюте! Я их спрашиваю: ты чего сюда приперся? А они мне: так в йбане помыться. И не подкопаешься! Кстати, близкие люди обслуживающего персонала банятся у нас бесплатно. Но это неофициально. Так вот, я им говорю: помылся — беги домой, чего расселся? Они: остываю. Простыть неохота. Ну что с ними подела­ ешь! Я девкам говорю: вы, в конце концов, йшлюхи неисправимые вместе с вашими мужьями, но мне чтоб от клиентов и от инспекторов нареканий не было! И действи­ тельно: спрячутся, партизаны, как тараканы, так, что и я их не обнаружу! Проходя по коридору с ванными номерами, Жульен Ибрагимовна вдруг оста­ новилась, прислушиваясь, и попыталась заглянуть в щелку приоткрытой двери. За­ тем решительно потянула на себя дверь, сорвав непрочный символический запор- чик, заглянула внутрь — и отпрянула: — О, пардон! Ипардон, гражданин! И поспешила прочь, объясняя еле поспевающему за ней Анатолию: — Ну, надо же, мужика сфотографировала!.. Ни за что. Думала, партизан. А он мирный клиент. Хватит, Толян, на сегодня проверок... Но не тут-то было. Возмущенный мужчина, которого несколько минут назад «сфотографировала» Гайдамак, приняв за «партизана», пришел в кабинет директ­ рисы, когда там находился Анатолий. Зайдя, он с удивлением уставился на женщину за директорским столом. — Ах, так это вы меня, так сказать?.. — Сфотографировала, — виновато, но не без достоинства подсказала Жульен Ибрагимовна. — Да, — согласился мужчина, — как точно сказано! Польщен, знаете ли! Я думал, рядовая банщица. А оказалось — директор! Польщен! Коллегам буду рас­ сказывать. — Извиняюсь, — извинила себя Жульен Ибрагимовна. — С кем не бывает. — О, да! — мужчина замешкался. — Конечно, разумеется... Он повернулся было уходить, но, сочтя неудобным сделать это так скоро, оста­ новился: — Простите за праздный, совершенно бесполезный вопрос... Я, знаете ли, че­ ловек приезжий... — Сделайте одолжение, — милосердно отреагировала Гайдамак, — задайте. Гостям мы всегда рады! Мы, как говориться, рады вас обслужить! — Спасибо. Вопрос в следующем. Скажите, а почему ваша баня — круглая? — О-о!..— Гайдамак откинулась на спинку стула, всем своим видом показывая, что нет вопроса проще.— Данная необычность только на первый взгляд, да! А меж­ ду тем, это самая классическая, так сказать, форма для подобного заведения. Самая что ни есть! Можно сказать, самая логичная йформа! — Что вы говорите! Спасибо. Но в других городах, насколько я знаю, все бани... прямоугольные. Да и в деревнях... — Баня, — Гайдамак перешла на учительствующий тон, — в древнерусском значении, это мыльный йпузырь, то есть шар, можно сказать, йкуцол. Вот так! Так что с формой у нас все в порядке. А еще, дорогой товарищ, гражданин гость, мы можем от нашей русской бани, пусть даже вот от этой самой, перебросить мосто­ чек. .. Куда бы вы думали? ЛЕОНИД НЕТРЕБО БАНИЩЕ