Сибирские огни, 2007, № 5

ЛЕОНИД НЕТРЕБО БАНИЩЕ — Куда?— автоматически спросил гражданин. — В Европу! — гордо произнесла директриса, наслаждаясь удивлением собе­ седника и поглядывая на Анатолия. —Да, именно так, третьего не дано!Наша добле­ стная армия в восемьсот двенадцатом году так напарила, извините за выражение, спины и иные тыльные места французам, что после этого наши бани стали строить во Франции и в другой Европе. Вот так-то! Мужчина стоял, пораженный, забыв сказать еще одно «спасибо». Затем, обре­ тя дар речи и устыдившись своего незнания, задал более практичный вопрос: — А почему у вас в номерах такие низкие скамеечки? Как будто на пол приходит­ ся садиться. Ужасно неудобно раздеваться и одеваться!В других банях— не так. Жульен Ибрагимовна, довольная тем, что «фото-инцидент» исчерпан, с бла­ женством и воодушевлением объяснила: — Это с тем, гражданин клиент, чтобы злоумышленники не смогли использо­ вать скамейку для цели завладения имуществом йсоседа. Мужчина опешил: — Простите, какие злоумышленники и какие соседи? — Ну, что тут непонятного!—Жульен Ибрагимовна прикурила новую папиро­ су и улыбнулась Анатолию, обращая внимание молодого коллеги на вопиющую, но типичную наивность клиента. — Вот вы, допустим, йзлоумышленник. Теоретицки. Пришли помыться. И заодно, как водится у жуликов, поживиться тем, что плохо лежит. Встали на высокую скамейку и— опса! — оказались головой выше йперего- родки, отделяющей вас от соседней камеры... пардон, йсекции. В которой— имуще­ ство вашего соседа, беспечно повешенное на крючке его вешалки. Дошло?.. Или обнаженная женщина, которую вы, вопреки ее желанию, имеете возможность со­ зерцать. .. Фотографировать. Понятно?.. Вот все эти потенциально незаконные воз­ можности мы ликвидировали, как гласит басня, отпилив у стула йножки! — Жуль­ ен Ибрагимовна закончила на возвышенно-оптимистической ноте. Мужчина, пораженный, почти прошептал: — Так вот вы, значит, за кого нас всех почитаете? За потенциальных... А между прочим, людей нужно уважать. Верить!.. И местным, и приезжим. Последним — особенно! Потому что вы, в определенном смысле, лицо города! — Я и себе-то не верю, гражданин! —-запальчиво отреагировала Жульен Ибра­ гимовна, вдруг потеряв равновесие (и не только душевное, она буквально закачалась на скрипучем стуле). — Да и не лицо мы вовсе, а совсем другое место!..— добавила она и тут же об этом пожалела, поняв, что сразила клиента наповал. Мужчина, покраснев, дрожащим пальцем указал на пепельницу, в которую Жульен Ибрагимовна, как заведенная, ежесекундно стряхивала несуществующий пепел: — Скажите, это из настоящей черепахи? — Из настоящей, гражданин. Но это не я ее так, уверяю вас... Я животных очень даже уважаю! Мне ее в таком уже виде подарил... один человек. Клиент. Очень доброжелательный и беспретензионный, незакомплексованный клиент! Из Сред­ ней Азии. Из Голодной степи, кажется... Слово «голодный» не нужно понимать буквально. Мужчина повернулся на каблуках и шагнул к выходу, пробормотав: — Ноги моей здесь больше не будет. -—Искренне йжаль! — от всей души крикнула вслед ему Жульен Ибрагимовна (хлопок двери потерялся в крике) и, вздохнув, посмотрела на Анатолия. — Вот, Ана- толь, так клиент может испортить настроение!.. Очень просто и одномоментно! А ведь наверняка своей демонстративной оскорбленностью скрывает досаду на себя. За невежество в области... Жульен Ибрагимовна замолчала, видимо, вспоминая название области знаний, в которой проявил невежество клиент. В это время в кабинет зашел кочегар — тот самый, который недавно сравнивал генерального секретаря с самодержцем. Жульен Ибрагимовна гневно пророкотала: — Почему йбез стука? Выйдите! И зайдите снова! И так несколько раз, пока не научитесь!.. Кочегар, недобро посмотрев на директрису и покраснев, молча вышел вон, но не возвратился. Жульен Ибрагимовна устало поучила Анатолия: