Сибирские огни, 2007, № 5

Время клонилось к вечеру, и дневная жара постепенно уступала место ласковой прохладе. Все складывалось хорошо: цель поездки выполнена, еще одно усилие, и— вот он Новосибирск. Но все оказалось сложнее, чем думал Борис. По прибытии пригородного поезда в Тайгу выяснилось, что ближайший поезд в сторону Новоси­ бирска «Хабаровск - Москва» подойдет лишь в полночь, а значит, нужно ждать около четырех часов. Уже начало смеркаться, когда к прохаживающемуся по привокзальному перро­ ну Борису подошел милиционер: -—Чего тут слоняешься? Покажи документ. — Вот мой студенческий билет. — Нечего без дела здесь крутиться, забирай свой билет, и чтобы я тебя здесь больше не видел. Встречу еще — заберу. В пререкание с милиционером вступать не хотелось по той причине, что, имея при себе деньги, оказаться в отделении милиции и быть там обысканным — не сулило ничего хорошего. В вокзальном зале ожидания в это время велся ремонт, и Борис решил подняться на переходной мост, откуда открывалась красочная панора­ ма всей станции. Было интересно наблюдать за прибывающими и отправляющими­ ся поездами, видеть работу маневровых паровозов. Все здесь было ему знакомо. Еще будучишкольником, он нередко приходил на такой же переходной мост станции Новосибирск-главный и в вечернее время любовался пейзажем железнодорожного узла. В это время переплетение рельсов в лучах паровозных прожекторов выглядело сказочно, отраженные от рельсов блики света уносились к небу, мир терял свою реальность. В такие моменты он в мыслях старался представить те дальние города и природу тех мбст, куда отправлялись поезда. И так он мог простаивать часами, после чего чувствовал себя полным сил. Наконец диктор объявил прибытие хабаровского поезда. Борис спустился с моста и оказался рядом с теми вагонами, в которых с Дальнего Востока возвращались демо­ билизованные матросы и старшины Тихоокеанского флота. Моряки высыпали из ва­ гонов, их было очень много. Какая-то беззаботность, удаль и даже бесшабашность воцарилась на перроне. Моряки шутили, подталкивали друг друга, тусовались, было видно, что, находясьдолгое время в вагонах, эти молодые люди соскучились по движе­ нию и сейчас, в период короткой стоянки, старались восполнить этот дефицит. Не теряя времени, Борис вступил в переговоры с ближайшим от него проводни­ ком на предмет проезда за умеренную плату до Новосибирска. Но — тщетно, про­ водник даже не захотел обсуждать эту тему... То же самое повторилось еще у двух вагонов, правда, у последнего вагона проводник добавил: — Не буду я за такие деньги тащить тебя пять часов. Это услышали стоявшие рядом моряки, и один из них, у которого на погонах форменки было по две лычки, приблизился к проводнику и каким-то сложным танце­ вальным «па» привлек к себе его внимание. В это же время второй моряк заслонил Бориса от проводника, а третий— толкнул Бориса на ступеньки вагона. Еще мгнове­ ние— и вот третий отсек. Вместе с ним в вагоне оказался и моряк-танцор: — Ребята, давай сюда рундуки. Быстро на полу между нижними полками были уложены три деревянных чемо­ дана, и сразу же на них бросили шинель, еще мгновение— и Борис, сбросив башма­ ки, распластался на этом ложе. Сверху на него тоже накинули шинель. Через несколько минут поезд тронулся. Короткий сон в предыдущую ночь и почти сутки напряжения сделали свое дело, он сразу же уснул. А что может быть лучше для уставшего человека, чем сон под теплой и ласковой шинелью, пронизан­ ной запахами морских ветров, в качающемся, как детская люлька, вагоне. Глубокий сон вернул силы, и проснулся Борис, когда поезд уже приблизился к Новосибирску, с ощущением легкости в теле и радости жизни. В это время у моряков начинался завтрак, и ему, как и всем, дали хлеба с красной рыбой, сухарей, сахару и чаю в кружке... Доброта, бескорыстие и удаль моряков надолго запомнились Борису, и когда он сам делал для людей какое-либо добро, то говорил себе: «Это не я, я всего лишь, как эстафету, передаю то добро, которое сделали для меня моряки с Тихого океана...»