Сибирские огни, 2007, № 2

АЛЕКСАНДР БЕЗЗУБЦЕВ-КОНДАКОВ НОЧЬ НЕЗАВИСИМОСТИ — Извините. — Бывает. Любопытство —•не самый большой порок. Хотя и неприятный для окружающих. — Я спросил это, думая, что могу чем-нибудь помочь... Она усмехнулась. — Предлагать помощь незнакомым людям — верх легкомыслия. Кроме того, наглость. —Я действительно легкомысленный человек... И наглый немного. Ну, это про­ фессиональное. Я журналист. — О, какой кошмар! — Не любите журналистов? — Конечно, нет. — Позвольте узнать, почему? Она усмехнулась. — Ну, вот и завязался разговор... Вы этого и хотели. Это у вас вправду профес­ сиональное — умение разговорить даже молчаливого собеседника. — Так за что же вы журналистов не любите? — А вот за это и не люблю... — она продолжила машинально помешивать ложечкой в чашке. — Сахар насыпьте, — улыбнулся он. — Что-что?.. — Вы сначала сахар насыпьте, а потом размешивайте. — Ах, конечно... — спохватилась она, вымученно улыбнулась и разорвала бу­ мажный пакетик. — Вы замужем? — спросил он. — Вот это да! — женщина посмотрела на него ошарашено.— Вы редкий нахал, молодой человек. У меня пропало желание с вами разговаривать. Она опустила глаза и положила обе ладони на стол возле чашки кофе. Павел заметил, как подрагивают ее пальчики. Маленькие розовые ноготки были ровно ос­ трижены и, конечно же, не было на них никакого лака. Руки ребенка. К таким рукам нужно бережно прикасаться губами, ощущая тающий сахарный их вкус. — Вы меня уже дважды назвали нахалом. — Да. И что? — она не поднимала глаз. — Значит, и третий раз назовете. Бог троицу любит. Извините, просто мне хоте­ лось вам понравиться. — К сожалению, у вас не получилось. Она резко поднялась, оставив недопитую чашку кофе, и пошла к выходу. «Правильно, что ушла...» — удовлетворенно подумал он. Она действительно чего-то сильно боится. В этой гостинице живет, похоже, в одиночестве. За свой сто­ лик Павел вернулся уже совершенно в другом настроении, от былого уныния не осталось следа, а командировочная перспектива уже не казалась безрадостной. Почти все командировки Павла были связаны с каким-нибудь, пусть и мимолет­ ным, романтическим приключением, и в каждую новую поездку он отправлялся, как рыба на нерест. В свои двадцать восемь Павел не был женат. И большого чувства в жизни не было. Жениться просто ради семьи совсем не хотелось. Он считал, что ему не везет с подругами. Разрыв с каждой из них не становился для него серьезным событием, просто каждый раз он убеждался, что они не созданы друг для друга. Никто в этом не виноват, просто не сложилось, бывает... Самый продолжительный роман был у него с женщиной старше почти на десять лет, которая, к тому же, явля­ лась его начальником. Случилось это, когда Павел после окончания факультета жур­ налистики устроился на работу в редакцию еженедельника, посвященного пробле­ мам преступности и защиты прав граждан. На должности шеф-редактора там сидела Евгения Шевцова — дама не без странностей, про которую справедливо говорили, что она журналист от Бога. Женька умудрилась объехать почти все «горячие» точки планеты, включая не только Чечню и Приднестровье, но и Югославию, Ирак... В 93-м Женька делала репортажи о защитниках расстрелянного Белого дома. Когда стало известно о захвате заложников на «Норд-Осте», Евгения Шевцова помчалась в