Сибирские огни, 2007, № 2

АЛЕКСАНДР БЕЗЗУБЦЕВ-КОНДАКОВ НОЧЬ НЕЗАВИСИМОСТИ — Не бойтесь, сейчас мы все объясним. Просто на лестнице говорить нелов­ ко... — во рту мужчины сверкнули золотые коронки. — Почему я должен с вами идти? — Так будет лучше для вас... — сказал молодой человек, стоявший внизу лестницы. — А мне кажется, что для меня будет лучше с вами не ходить. — Это не тот случай, Павел Владимирович, когда нужно спорить. — Вы из милиции? Из ФСБ? Ваши удостоверения? На каком основании я задержан? — Мы не из милиции и не из ФСБ, но если хотите пообщаться с представителя­ ми правоохранительных органов, то они тоже ждут вас внизу. Вы не задержаны, но мы настоятельно просим вас идти с нами. Давайте спустимся в машину... — сказал мужчина в кожаной куртке и слегка прикоснулся к локтю Павла. Стали спускаться. Молодой человек впереди (Павел упирался взглядом в его широченную спину), затем, словно арестант под конвоем, шел Павел, за ним на некотором расстоянии спускался мужчина в кожаной куртке, который на ходу зво­ нил по мобильнику: — Мы спускаемся. Сейчас будем, предупредите Геннадия Петровича. Когда в вестибюле проходили мимо администраторши, она поднялась и остол­ бенело проводила их взглядом. «Похоже, она считает меня трупом...» — подумал Павел, посмотрев в ее раскрасневшееся, с прыгающими губами лицо. Перед Павлом распахнули заднюю дверцу черного, раскалившегося на солнце джипа, он залез в салон, оглашаемый негромкой музыкой и пахнущий сигаретным дымом. Как только он сел, водитель, бросив назад взгляд сквозь темные очки, вышел из джипа, и Павел остался вдвоем с сидевшим на переднем сиденье человеком, кото­ рый курил, держа сигарету в отведенной руке. Павел уставился на короткие, порос­ шие черными волосками пальцы, массивный перстень с зеленым камнем... Человек повернулся, и Павел увидел его крупное, с крючковатым носом, лобастое лицо. Человек снял очки, положил их в нагрудный карман полосатого пиджака и улыбнул­ ся тонкогубым ртом. — Здравствуйте, Павел Владимирович, — произнес он грудным голосом. — Извините, если мои сотрудники вели себя с вами недостаточно деликатно. Меня зовут Геннадий Павлович Лемехов, я— муж Лиды. — Вы ее муж?.. А где сама Лида? —-Чтобы вы мне поверили, могу предъявить паспорт, ■— Геннадий Павлович достал из внутреннего кармана паспорт, открыл и сунул Павлу под нос страницу, где была отметка о регистрации брака с Лидией Викторовной. Брак был зарегистриро­ ван чуть больше пяти лет назад. — О Лиде не беспокойтесь, она в полной безопасно­ сти. У нее все хорошо. Павел молча вернул ему паспорт. — Видите, я не обманул вас. Вообще, поверьте, мне очень не хочется вас чем- нибудь обидеть. Поверьте! Не хочу, потому что мне следует быть благодарным. Вы, Павел, вероятно, спасли жизнь моей жене. — Ничего не понимаю. Почему я? — Наверное, вам неизвестно, что Лида тяжело больна. Несколько последних лет она живет на грани самоубийства. Мы— все ее близкие, друзья — никогда не быва­ ем за нее спокойны. Я устроил ее в хорошую клинику в Москве, где ей были созданы прекрасные условия. Она сбежала из клиники месяц назад, в свой день рождения, и исчезла. Представляете наше состояние? — Подождите! — перебил Павел.— Вы что, хотите сказать, что она... что Лида — сумасшедшая? — Ну... Павел, мне очень трудно произносить такие слова. Я люблю Лиду, сильно люблю, и ее болезнь— моя трагедия. Она не доверяет мне, вообще ей кажет­ ся, что она окружена врагами. Ей стало казаться, что я изменяю ей, что у меня есть любовница, которая родила мне дочь. Кажется, в психиатрии это называется «бред ревности». Будто бы я хочу избавиться от нее и даже убить... В чем она только меня не подозревала, Господи! Представляете, как далеко зашла болезнь?