Сибирские огни, 2007, № 2

ИРИНА КУРЕННАЯ « а ЗВЕРИ ЯДОМЫЕ, СНЕДНЫЕ, ПУШНЫЕ И ТАИНСТВЕННЬШ ся H.H. Сперансов. Русские люди, по его мнению, поселившись в Восточной Сиби­ ри, впервые встретились с незнакомым тигром. Конечно, сильный и красивый зверь произвел на них большое впечатление. Тогда, вероятно, и было решено избрать его главной фигурой ленской печати. Но слово «тигр» в то время еще не знали. Поэтому сначала неизвестного зверя, предполагает он, назвали более знакомым именем бар­ са, а затем зверь получил у живших в этом краю русских новое имя — бабр. Но так ли ново это имя было для Сибири? Рассмотрим ситуацию более пристально. В «Русско-персидском словаре» слову «тигр» соответствует персидское «бабр». Оно распространено в тех местах Индии, Пакистана, Таджикистана, Ирана, Закавка­ зья, где люди говорят на дари. Некоторые тюркоязычные народы, например, жители предгорий Тянь-Шаня, Алтая, Саян, истоков Лены и Енисея издавна бабром называ­ ли тигра. Русские промышленники и переняли его от племен Восточной Сибири. По источникам Нерчинского воеводства XVII и XVIII столетий следует, что бабры добы­ вались в сибирских землях и значились в обычном речевом употреблении: «один бабр цена шесть рублев. 1706 г.» или «... ясашной казны: шесть бабров на семнад­ цать рублев один бабр с ясашных иноверцев. 1732 г.». Указывает на это и подьячий Посольского Приказа Григорий Котошихин: «...а присылается из Сибири царская казна, ежегодь: соболи..., бобры, рыси, песцы черные и белые, и зайцы, и волки, бабры, барсы...». «Бабр — по даннным «Описания Иркутского наместничества» — превосходит своей крепостию и храбростию. Он имеет по беложелтоватой шерсти черноватыя поперечныя полосы неправильно расположенныя; ростом не превос­ ходит большого волка. Все звери ужасаются и не переходят чрез след его; сколько же он не жесток и сердит, но здешния братские изредка убивают. Барс бабру хотя и подобен, но не столько могуществен и имеет желтоватую шерсть и по ней черныя пятна». В «Толковом словаре» В.И. Даля обнаруживаем характеристику: « Бабр си­ бирский зверь, равняющийся по лютости и силе льву; тигр полосатый, королевский, царский тигр на Амуре. ... Бабровыя шкуры идут на полсти, подстилку, на вывески в меховых лавках и пр.». Таким образом, сибирские барс и бабр имеют самостоятель­ ную основу и каждый их них свою собственную историю, а слово «бабр» было употребляемо в Сибири раньше, чем его перенесли сюда первые разведчики, имею­ щие связи с Востоком. Бабр (далекий и таинственный для современников), считающих его — то мифи­ ческим зверем, то исчезнувшим видом, а то и вовсе ошибочно написанным боб­ ром, был известен герольдам конца XVIII столетия. Тогда по указу Екатерины II со­ здавались, в большинстве своем на основе старинных печатей, городские гербы Во­ сточной Сибири. Герб Иркутского наместничества 1790 года сопровождало описа­ ние: «В серебряном поле щита бегущий бабр, а в роту у него соболь (Сей герб старой)». Слова в скобках указывают на то, что этот символ создан на основе суще­ ствовавшей ранее городской иркутской печати: «Звери сии для того удостоены изоб­ ражением на печати, что первой, т.е. бабр из всех в Сибире зверей режее, а второй, т.е. соболь как множеством и дороговизною своего рода, так и знаменитою торгов­ лею, которая соболями очень славна в Иркутском наместничестве». Другими слова­ ми, появление в гербе Иркутска этих двух зверей закономерно. В сибирской истори­ ографии автором выявлены практически все данные о неоднократном обсуждении образа бабра. Поэтому для понимания генезиса и дешировке необычного террито­ риального символа, необходим не только исторический, но и углубленный (хотя и краткий, в рамках журнальной публикации) историографический анализ. Приступая к решению задачи, в первую очередь обратимся к малоизвестному свидетельству из книги Ф.А. Котова 1624 года «О ходу в Персию...», впервые проци­ тированное в академическом словаре русского языка XI—XVII веков (М., 1975): «А что в Казбине, зверь величеством болши лва, а шерстью глиннаст, а шерсть ниска, а по нем полосы черны поперег, а губа что у кота и прыск котовой, а сам черевист, ноги коротки, а длиною долог, а голосом велик и страшен, ногти что у лва». Москов­ ский купец Федор Афанасьевич Котов был отправлен в 1623—1624 годах с государ­ ственной казной в Персию. О его посольстве сохранился рассказ, писанный им са­ мим или с его слов. Путешественник описал земли от Астрахани до Турции и Индии, народы Персии, их быт, одежды, сведения о местной флоре и фауне, а в качестве бабра — тигра, по всей видимости, бенгальского или закавказского. Бабру дана подробная характеристика прекрасного знатока даурской тайги, ее летописца, инженера Нерчинского горного округа A.A. Черкасова: «Вероятно, чи­ татель уже догадался, какого зверя сибиряки называют бабром; да оно и не трудно для образованного человека. Ну, а если да мои заметки попадутся в руки только грамотному, да еще простолюдину, который прочтет — бабр и станет в тупик! В