Сибирские огни, 2007, № 2

Уснуть никем. Проснуться знаменитым— такое можно в сумерках, в стране с еёдавно утраченной элитой, эстрадой голой, жадно плодовитой, да песенкой, отысканнойнадне, что Бога нет, что обнищали души— есть ложь инеустройство нашихлет. Я блеск таланта чувствую в грядущих, летящих вбезднах, по земле бредущих, идай Вам Бог увидеть этот свет. ...Как всё-таки ощущается у любого «корневого» (он же для «либералов», разу­ меется, «красно-коричневый») поэта полисемичность русского слова, многознач­ ность Глагола! Вот — «свет» — и евангельское «свете тихий», и «мир, земля», и — вот здесь свет лучей, солнечных ли, духовных ли, но тот, от которого светлеет весь свет земной. В любом случае, поэт видит Божий свет в грядущем Отечества — и потому отрицает новоявленное «обезбоживание» (заметим, при внешнем почита­ нии Церкви); у него же есть иностранный, но точный синоним: д е р у с и - ф и к а ц и я, т.е. лишение России её русской сущности. Она же — сущность православная. Превращение Руси в «нерусь» (есть же ведь у Вишнякова недавно 1 написанное стихотворение с таким названием)... Так вот, в этой вещи без труда мож­ но услышать блоковский «вектор музыки века» — опять нового, блоковское презре­ ние к сытым, к «жадно плодовитым», без труда ощутить можно и тютчевское отри­ цание обезбоженных, разъеденых ржавчиной западного скепсиса нравов, и веру того же классика в то, что, «когда стареющие силы нам начинают изменять», надо уметь видеть Божий свет в идущем на смену «племени младом». Но — при всех этих «подпочвах» и путеводных звёздах читинского сверстника мне видится, что и с т о р и о с о ф с к и й «субстрат» сего стихотворения (как и большого ряда новых вишняковских страниц) — есенинский. Православный? да, разумеется, по-есенински же отметающий паутину «неру- си». Но и я з ы ч е с к и й тоже, растущий из древнейших слоев Истории нашего народа. Да и Евразии в целом... Здесь нет никакого противоречия. Напротив, всё органично: войдя в зенит творчества, художник вглядывается в своё начало и в какой- то мере к нему возвращается. Зря, что ли, одна из первых книг Вишнякова звалась «Славяне»... И, замечу, у многих тогдашних талантливых «соловьев», начинавших путь, языческие мотивы доминировали. Оно и понятно: христианско-православные мирочувстствования в те атеистические поры и нотой не могли пройти в печать. (Хотя надо признать, после изгнания бесноватого «Никитки» с его угрозами «извес­ ти всех попов» режим понемногу в конфессиональном отношении стал «мягчать», и, хоть всякие «всплески» случались — в последний раз при Андропове, — но черты «воинствующего атеизма» медленно, но верно начали минимизироваться. И уже кое-кому — к примеру, Владимиру Солоухину — изредка дозволялось и «богослу­ жебные» мотивы впускать на страницы стихов и прозы...) А вот выразить, воплощая древлеславянские фольклорно-обрядовые обычаи и духовные устои древних руси­ чей, в е р у — такое было уже вполне возможно для книг русского советского поэта... И не только тогдашние дебютанты отличались этим пристрастием к языче­ ству: оно — сам «воздух» во множестве творений Рубцова, ему привержены были и Цыбин, и Куняев, и С. Поликарпов (кстати, в конце 60-х написавший и сумевший чуть позже опубликовать вроде бы в «железобетонном» тогдашнем — под руководством В. Кочетова — «Октябре» изумительную поэму «Андрей Рублёв»), и неукротимо­ буйный в те поры гипербореец Вал. Устинов... И дело даже не в том, читали ли они (Вишняков-то, знаю, точно читал) «Ключи Марии», в которых Есенин дал, по-моему, до сих пор никем не превзойдённое обо­ снование до-христианского Правого Слова, до-христианской Правой Славы у наших предков. Поэты и н т у и т и в н о , «генетически» унаследованным духовным созна­ нием ощущали то, о чём в те времена лишь редкие, наиболее смелые и патриотич­ ные учёные-историки решались писать (Л. Гумилёв, Б. Рыбаков), и то нередко весь­ ма иносказательно. Ощущали, что православие — не как сумма идей и догматов, а именно как в е р а — потому и стало в исторически очень короткий срок религией Руси, что в п и т а л о в себя целебно-живительные струи из «Словенских ключей». Потому что и Великие князья, начиная с моей славной землячки Ольги и её внука Владимира-Крестителя, и греческие посланцы восточно-христианской Церкви по­ нимали, видели, чуяли: никакими огнём и мечом крест в душе «этого» народа не заказ № 766 СТАНИСЛАВ ЗОЛОТЦЕВ НАС БЫЛО МНОГО НА ЧЕЛНЕ...