Сибирские огни, 2007, № 2

СТАНИСЛАВ ЗОЛОТЦЕВ ДОШ НАС БЫЛО МНОГО НА ЧЕЛНЕ... потому скажу «коротенько, минут на сорок». Разумеется, такое понятие существует. Но оно чрезвычайно у с л о в н о . Если следовать канонам демосоциологов — поколение есть люди, родившиеся и выросшие в одном десятилетии, то— да, вот они идут, друг за другом, «сороковушники», «пятидесятники», «шестидесятники» (вот, видите, последний термин опять все карты путает, ибо его все употребляют в ином смысле), и т.д. И то: к примеру, старший брат родился в 41-м и дитём испытал все ужасы войны, оккупации, а то и концлагеря, другой — в 46-м и вырос в совершенно стабильном мире. Одного ли поколения эти братья? Недавно я на страницах «СО» уже говорил о чрезвычайной условности сего термина — в размышлениях над книгой Ю. Кублановского, и не хочу повторяться. Одно скажу: общепринятое употребление этого слова всегда вызывало у меня внут­ ренний протест — всегда тут слышалось нечто от «под одну гребёнку». И высказы­ вания типа «моё поколение мыслит вот так-то и так» или «вот что присуще нашему поколению» всегда несли для меня по большому счёту неправду. С юных лет ясным стало: между мной, псковским мальчишкой, ровесником Победы, выросшим в сель­ ской глубинке и итожившим раннюю юность на заводе и на стройке, и меж «мальчи­ ками», проводившими время в кафе-мороженых и коктейль-барах на столичной ули­ це Горького — очень мало что есть общего. А уж у них и, скажем, их сверстников с таёжно-тундровых берегов Оби — вообще ничего. ...А уж применительно к такой филигранно-тонкой в психологическом плане материи как словесность, искусство — сие обобщение и вовсе обретает характер н е п р а в ды . Сверстники Рубцов и Ахмадулина — это что, люди одного и того же поколения? Чуть старше: предельно честный, никогда не шедший ни на какие нрав­ ственные компромиссы (потому и оказавшийся на склоне лет «в тени» и полузабве­ нии, не говоря уже о нищете материальной) Глеб Горбовский — и не мысливший никогда ни часу своей жизни без «луча юпитера», без того, чтобы быть «притчей на устах у всех», и потому всю жизнь менявший «платформы» Евтушенко — одного ли поколения эти сверстники? А ещё раньше, начало прошлого века, скажем, Клюев и М. Кузмин? То-то же... Все эти т а л а н т л и в ы е люди — не просто из разных творческих миров, они — из разных вселенных... ...В сущности, мы, те, о ком пишу, ощутили это ещё в самом начале нашего пути. И не потому только, что на том же 6 -м Совещании отсутствовало немало наших пишущих сверстников (как и на последующих молодёжно-литературных форумах 70-х), которых мы, участники, уже знали как наших т о в а р и щ е й , и которые даже по официозным меркам не имели препятствий, чтобы оказаться среди нас — но, что называется, не попали под «луч юпитера». По разным причинам, порой совершен­ но случайным или по «производственно-бытовым» обстоятельствам — но не попа­ дали «в круг», на большие творческие встречи. Например, тот же Юра Кашук почти всё время «пропадал» лет семь подряд в море на рыболовецких судах. Автор изуми­ тельных фольклорно-сказовых, «приворотных» стихотворений (а сегодня — просто волшебница поэзии для детей) пермячка Валя Телегина сидела дома с младенцем. Не было ни на Шестом, ни на других форумах почему-то ни Володи Башунова, ни Бори Бурмистрова, ни, скажем, одного из лучших нынешних прозаиков России воронеж­ ца Ивана Евсеенко, ни великолепной петрозаводской драматургини и эссеистки Га­ лины Скворцовой... список можно длить и длить, проще сказать строкой Платонова: для нас без таких наших товарищей был «наш народ неполный»! С другой стороны, как уже было сказано, и в марте 75-го, и позже попадали на подобные фестивали и совещания многие совершенно случайные, очень часто — начисто лишённые дарований люди: мы, те кто брался за Слово всерьёз, признать их н а шими , товарищами по перу, литераторами — никак не могли. Как не могли признать ими и целый ряд московских и питерских не менее бездарных ребят, на чьих лицах было просто написано: «мы — элита, мы ко всей этой «трудовой современно­ сти» никакого отношения не имеем, мы «чистой поэзией» занимаемся». Зря, что ли, имели широкое хождение такие не совсем приличные термины как «сыписы» — сыновья писателей, или «писательские дочки» — сокращайте сами в меру своего воображения... И не менее — даже многократно более важное: мы ощущали, сознавали некую несправедливость и в том, что по совершенно иным — по «идеологическим», по «социально-политическим» и т.д. причинам — не присутствуют среди нас одарён­ нейшие наши литературные сверстники. Например, ленинградец В. Кривулин или бывшие «смогисты» Ю. Кублановский и Л. Губанов. Или — по причине «дурной репутации», как богемнейший омич А. Кутилов. Здесь список тоже мог бы быть внушительным... Конечно, не все из нас тогда даже знали о существовании таких