Сибирские огни, 2007, № 2

дений — плод элементарной зависти. Но нам ещё предстояло узнать, какой «движу­ щей силой» в литературной среде является это недоброе чувство... А пока — мы радовались удачам своим и друг друга, да и как было не радоваться тому, что не только на страницах литературной печати, но и в прессе «официозной», и в теле- и радиоэфире наши стихи впрямь по всей стране слышны! Где они, те блаженные времена, когда по ТВ и радио звучали стихи современных русских поэтов? Когда, скажем, в «МК» незабвенный Саша Аронов печатал целые «простыни» дебютантов? Теперь на тех страницах — тоже простыни, на которых резвятся порнозвёзды... А «Комсомолке» даже пожар не напомнил о том, что безду­ ховное, забывшее о прекрасном, о поэзии, о литературе издание просто не может не сгореть — не в буквальном, так в переносном смысле. Всё поглотила древнегречес­ кая речушка по имени Лета... «А-а!» — предвижу я восклицание (даже с оттенком задорного злорадства) кого- либо из молодых читателей — особенно тех, кто сам уже ступил на стезю литтворче- ства и ощутил, что обречён, во-первых, на полную «безгонорарность», а, главное, на известность, в самом лучшем случае не пересекающую границ его области. Или города. Или даже района. А то и родной волости... «А-а! — возопит он, — господа- товарищи бывшие советские поэты! Значит, не были вы столь бескорыстны и чужды славе и всяким земным благам, как кое-кто из вас пытается ныне доказать, значит, и гонорары вас привлекали, и тщеславием вы тоже страдали, о всяких почестях мечта­ ли, вплоть до памятников себе любимым, так получается?» Так получается, если молодой пишущий читатель и телезритель либо прочитает в сегодняшней «либеральной» прессе, либо, того пуще — увидит на «голубом» и всё более голубеющем экране светлые (ну, почти без пятнышек) лики таких могучих глыб из бывшей «придворной оппозиции» как Евг. Евтушенко или Римма Казакова. Не так давно оба этих опять-таки бывших «прораба перестройки» выступили в «швид- ких» телепередачах с мемуарами о своём славном и почти что героическом про­ шлом. «Бескорыстие и почти полное отсутствие тщеславия — вот отличительная черта нашего поколения в молодости», — изрек борец со всеми культами кроме своего собственного. По его словам выходило, что изначально он и его соратники (Вознесенский, Рождественский, Ахмадулина) жаждали лишь одного — «расшатать» своими творениями «устои сталинско-брежневской системы», причём совершенно бесплатно. «Ни славы, ни денег нам не нужно было, мы одного страстно хотели — печататься!» — добавил он. ...Любой, кому хоть немного знаком творческий путь этого лауреата Госпремии СССР, поневоле закачается от таких «заяв»: как будто и не заполнена была более чем наполовину первая книжка Евтушенко одами генералиссимусу, как будто не его славному перу принадлежит пламенный призыв: «Это наша судьба, это наша дорога — пионер, комсомолец, потом — коммунист!» Как будто не он в стихах начала 60-х утверждал (или умолял?): «Считайте меня коммунистом!» Что же до отсутствия у него желания не только славы, но и власти, то вспомним хотя бы фарсовую эпопею его битв за депутатство, за участие в «горбачёвском» Съезде Советов. Или это не он сразу же после разгрома ГКЧП захватил «силовыми методами» власть в СП СССР и назначил себя его главой (попутно сделав безуспешную попытку разогнать якобы «прокоммунистический» Союз писателей России). Правда, через полгода проявил ещё большее бескорыстие: оставил высокоруководящее кресло и отправился на мно­ гие годы за океан профессорствовать в американском вузе (несомненно, тоже со­ вершенно безгонорарно)... Старого друга поддерживает и дама, уже давно возглав­ ляющая «демократический» союз столичных писателей. «Мне даже как-то стыдно было получать деньги за напечатанные стихи», — заявила она недавно в телеинтер­ вью, вспоминая свои младые годы. Судя по тому, что Р. Казакова в последние года два несколько раз участвовала в судебных процессах, защищая отпетых мошенников, разворовавших Международный литфонд (о чём многократно сообщали хроники «Литгазеты»), сей стыд сократился. Почти до нуля, если не ниже... «Ни прежде, ни теперь мне нет и не было нужды ни в славе, ни в браздах правления, для меня главное — сохранить человечность в среде писателей!» патетически воскликнула бывший секретарь СП СССР и — точно тем же менторским тоном, каким году в 80-м поуча­ ла, что главное для молодого писателя «воспитывать в себе самом коммуниста» (эти слова были д о с л о в н о зафиксированы тогда в протоколе собрания и приве- дены в печати), стала далее повествовать, какими методами следует сию человеч­ ность внедрять... Ну, тому, кто помнит кровавый октябрь 93-го в Москве, это и так ясно: тогда Казакова оказалась е д и н с т в е н н ы м московским литератором, не СТАНИСЛАВ ЗОЛОТЦЕВ НАС БЫЛО МНОГО НА ЧЕЛНЕ...