Сибирские огни, 2006, № 6

АНДРЕЙ ПОДКОЛОКОЛЬНЫЙ j БАТЮШКА, БЛАГОСЛОВИ... Подали автобус. В салоне было почти пусто. Пара пассажиров до Москвы да трое до Волынино. Михалыч закрыл глаза и впервые за несколько дней глубоко ус­ нул, покачиваясь в мягком кресле. Примерно через час пути автобус остановился, и Михалыч проснулся, слегка стукнувшись головой об оконное стекло. На дороге голосовал молодой человек с сумкой через плечо. Он важно зашел в автобус, оглядел пассажиров и спросил у водителя: —■Командир, сколько со студентов до Москвы? «Боже мой, как мир тесен! Да это же — поэт!» — мелькнуло в голове у Миха­ лыча. Студент еще раз оглядел салон и подсел к изящной барышне в джинсах и полу­ прозрачной блузке, больше напоминавшей бюстгальтер, положил сумку на верх­ нюю полку и спросил: -—-Девушка, а вы стихи пишете? Еще час спустя автобус превратился в бар на колесах. На задних сиденьях под­ севший в Волынино «дембель» разливал нетвердой рукой водку, а на пустом кресле рядом с ним стоял ящик пива. Но его гитара была отложена, а магнитофон выклю­ чен, потому что «поэт» стоял в проходе с «Клинским» в руке и горланил стихи. Девушка не сводила с него глаз. Скремлевских башен русские сыны, Серпом и молотом приняв крещенье, Орла согнали, ина знакиСатаны Сменили древнее державы украшенье. * * * Спустя несколько дней Блондин, небритый и голодный, вновь явился на порог Михалычева дома. Узнав, что хозяин уехал, он хотел было направиться к Нюрке докалывать дрова— там хоть накормят, но теща Михалыча, попросила его об одол­ жении: наладить в колодце насос. — Наверно, опять шланг соскочил. А когда хозяин приедет, не знаю. Петенька, выручай, пожалуйста. Какой тебе инструмент нужен? — умоляла старушка. Блондин знал, что когда хозяева просят, значит, за работу будет должный мага­ рыч. Он взял инструмент и поплелся по дорожке через сад к колодцу. Поравнявшись с недокопанной ямой для мусора, Петька понял, что кто-то тут поработал без него— все камни были наверху. Он поднял ярко сверкавшую, наполовину в земле, монетку и, оцепеневши, пробормотал: — Еж твою... У Блондина на трясущейся от двухнедельного запоя ладони лежал николаевский червонец. Петька залез в яму, перетряс все гнилушки в старинном коробе, переворошил все камушки и прощупал всю вынутую землю — больше ничего не было! — Ну, Михалыч, ну, хитер! Нашел старинное золотишко и скорее с ним в Моск­ ву. Все увез! Ну, Михалыч, с тебя будет причитаться! А если братки узнают — все отдашь, вместе с этим домом и усадьбой, — бормотал Блондин. На следующий день Петька повез завернутый в тряпку золотой червонец вДол- бенино в надежде продать его кавказским торговцам. «Теперь будет наоборот: бе­ лые продают, а черные покупают», — размышлял он, стоя на одной ноге в набитом до отказа автобусе и постоянно прощупывая в кармане через штанину брюк свою находку. Но, как люди говорят, счастье на крылах, а несчастье на костылях. Обойдя на рынке несколько раз всех приезжих коммерсантов с Кавказа, он не смог продать свою заветную монетку: одни просто недоверчиво отказывались, другие говорили, что у них нет столько денег, а третьи долго галдели на своих наречиях и, в конце концов, не могли поверить, что это золото. — Как не золото! Ты смотри, чурбан, там проба старинная! — возмущался старый зэк. 106 F