Сибирские огни, 2006, № 1

ДМИТРИИ ОГМА № КАФЕ «ПАТРИСИАННА» «Эти тоже чего-то знают, — подумал Кормлев, — и не могут объяснить». — Могут, просто не хотят! — сказал человек с тросточкой и добавил: — Пока! Сергей оглянулся, внимательно посмотрел ему в лицо. Человек улыбнулся в ответ своей удивительной, мягкой и теплой улыбкой. — Но не зря же их выписали сюда из такой-то дали, из глубины и тьмы веков, можно сказать. Правда? — Правда! — ответил Кормлев. Сергей вышел на улицу, дождался, пока часы на башне пробьют шесть, и, не сворачивая к Неве, пошел домой. Он пересек гранитный мостик Кронверки и оста­ новился у решетки напротив памятника декабристам, заброшенного, с отбитыми буквами, с покореженной геральдикой на грязном постаменте. Две полупьяные девицы что-то весело обсуждали у мортиры и делали вид, что не замечают, как их парни мочатся, зайдя за стелу памятника. Парни, видно, закончили свое дело, подошли к девицам. — Ну что, девчонки, еще пивка купим?— бодро выкрикнул один из них. Девицы взвизгнули, засмеялись. — Только мне купите «Петровского», — капризно-детским голосочком сказала одна. Веселая компания направилась к выходу. Кормлев стоял, смотрел на памятник декабристам и думал: «Вот эти тоже старались не бояться. Тоже хотели что-то изменить. А современ­ ники сгноили их. Одних— в сибирских рудниках, а других— под слоем негашеной извести... «Не пропадет ваш скорбный труд, и дум высокое стремление...» Не про­ падет. Семьи будут рыдать над вашей участью, жены пойдут за вами в Сибирь. Поэты будут слагать о вас стихи. Террористы полоснут по вашей истории кровавой крас­ кой. А благодарные потомки польют останки памяти о вас мочой...» Шумная компания «благодарных потомков», весело смеясь, покачиваясь, обо­ гнула решетку и остановилась около Кормлева. — Что, дядя, памятник нравится?— спросила одна из девиц. — Иди, мужик, место освободилось, — посмеиваясь, сказал парень. — Может, тебе помочь, милый? — томно закатив глаза, спросила другая девица. Это вызвало бурю восторга и новый прилив смеха. Сергей смотрел на радостные, красивые лица молодых людей. На поблескиваю­ щие в носах девиц золотые колечки. Вглядывался в глаза, силясь разглядеть и понять что-то. Нечто неуловимое, смутно осознаваемое, висящее на острие иглы, немысли­ мой, изматывающей душу тонкостью. Молодые люди смеялись, что-то ему говорили, кажется, шутили, кажется, пред­ лагали пиво... — Да ладно, оставьте его, ребята, пошли! — сказала капризно-детским тоном девица. — Чего с него взять, отморозка убогого? Стоит придурок, глаза таращит. Ни бе, ни ме... Бе-е-е! — девица скорчила Сергею физиономию и показала язык. Компания засмеялась, пошла дальше, покачиваясь, оглядываясь на Сергея... Кормлев стоял, прислонившись спиной к Алексеевскому равелину, покрытому искрящейся россыпью граненого голубого инея, и вглядывался в темноту, впитыва­ ющую в себя заметенную снегом Неву. Вдруг ему показалось: что-то сверкнуло, там, в темноте, на льду... Кормлев вгляделся. Сначала ему показалось, что он различил какой-то маленький огонек, как бы от спички или от зажигалки. А потом он вроде бы даже различил какой-то неболь­ шой предмет, посверкивающий на снегу. Кормлев пошел по льду, по щиколотку проваливаясь в рыхлый снег. Он осто­ рожно шел по снегу и начал уже различать, подходя ближе и ближе, небольшой, странной формы, металлический предмет. Когда до него оставалось не более двух шагов, Кормлев остановился, опасливо глядя на предмет и пытаясь понять, что это такое... 82