Сибирские огни, 2006, № 1

Васильевский остров, среда, вечер, острие Стрелки... Сергей стоял и смотрел в перспективу Невы, запорошенной снегом, на вздыб­ ленный ледоколом фарватер, ломаные торчащие льдины, зубчатой цепочкой уходя­ щие вдаль, как боевой гребень дракона. — Ломает и ломает, ни пройти, ни проехать! — услышал он сзади бурчащий голос и поскрипывание маленьких колесиков нагруженной тележки. «Фафик!»— мелькнуло в голове у Сергея. Он резко оглянулся — бомж уже поднялся наверх по сходням и скрылся за парапетом набережной, свернув направо. — Достал ты меня, душа картонная!— сквозь зубы процедил Сергей и побежал за бомжем. Он в несколько прыжков пересек небольшое расстояние, выскочил наверх, по­ скользнулся, едва не упал, резко поворачивая за парапет. — Торопитесь, Сергей Витальевич? — услышал он мягкий бархатный голос. Сергей резко остановился, оглянулся. Приветливо улыбаясь, перед ним стоял человек в черном пальто строгого по­ кроя, опираясь на тросточку с бронзовым набалдашником в виде грифона. — Здрасьте! -—выдохнул запыхавшийся Сергей, оглядываясь по сторонам. — Вы тут бомжа не видели? Шустрый такой! С картоном и колесиками... — Нет, не видел. А вы? Сергей недоверчиво посмотрел на человека в пальто, потом медленно оглядел­ ся по сторонам. Все было, как всегда: Биржа, колонны, деревья... Следов тележки нигде не было. —•Та-ак! — протянул Сергей. — Начинается! Он еще раз огляделся, поднял глаза... Человек с тросточкой тоже исчез! Сергей застыл в оцепенении... Кто-то дернул его легонько за край пальто. — Так вы не торопитесь, Сергей Витальевич? Может быть, мы с вами прогуля­ емся?— услышал он сзади мягкий бархатный голос. — Да нет, спасибо уж, Сергей Витальевич, — процедил Кормлев, не оборачива­ ясь. — Я сегодня, по-моему, уже нагулялся... Пойду-ка я домой, пожалуй. — Ну, вот и хорошо! — согласился человек в черном пальто. — А я вас провожу... — Не огорчайтесь вы так, — говорил ему идущий изящной легкой походкой человек с тросточкой. — Не все можно объяснить, Сергей, не все! — А я уже и не пытаюсь, — ответил Кормлев. — Кудаже вы тогда так бежали сегодня? — Вы же сами сказали: можно что-то знать и не уметь этого объяснить. Вот я и бежал, чтобы узнать, а объяснять действительно ничего уже не пытаюсь. — А у кого вы хотели узнать? Что? За кем вы бежали? — Да ходиттут один, загадки крутит, колесиками скрипит... А я никак не могу его догнать. Он-то уж точно что-то знает. —Может быть,— протянул человек с тросточкой. —Может быть, он и знает, но сможет ли он это объяснить, даже если захочет? — Не знаю... — признался Кормлев. — Не знаю! Но я хочу знать! — Иногда человеку лучше не знать чего-то. Человек ведь счастлив своим незна­ нием, неведением и невидением дальше радужной пустоты, окружающей его мир. — Это скотина от этого счастлива, — ответил Кормлев. —Животное, для кото­ рого весь мир сошелся к теплой конуре и полной миске. А человеку, может быть, не всякое знание приносит счастье, но всякое незнание уж точно делает его несчаст­ ным. — Может быть, может бьггь! Но не все хотят заглядывать за грань, где кончаются домыслы и объяснения и начинаются знания. — Они просто боятся. — А вы не боитесь? — А мне ничего другого не остается, — ответил Кормлев. Они еще прошли немного, остановились перед сфинксами, величественно воз­ легающими на гранитных постаментах. 6 заказ N° 587 Д митрий огма кафе « п а т ри си а н н а »