Сибирские огни, 2006, № 1

— Кстати, как там твой начальник, поправился?— с наигранной заинтересован­ ностью спросил Панфилов. Начальник Кормлева, психопат и лизоблюд с редеющей прилизанной шевелю­ рой, вдруг неожиданно заболел воспалением легких неделю назад. Весь отдел пере­ живал и втайне надеялся, что он не выживет. — Откуда ты это знаешь?— спросил Кормлев Панфилова. — Что? — Ну, это, про моего начальника? — Так, дружище!.. Тыхоть запоминай, кому чего рассказываешь, — с наигран­ ной обидой в голосе сказал Панфилов. — И кончай изображать из себя забывчивого параноика, ты смущаешь наших дам... Клавочка, Лидочка, — оскалившись, обратил­ ся он к женщинам, — не смущайтесь, это у него такие дурацкие шутки. А к первому апреля и дню рождения с ним обострение случается, — и, наклонившись к Кормле- ву, дружески ткнул его кулакомв бок. — Кончай гнатьдурку, Серега!.. Девочки! — это он опять обратился к двум основательно потасканным женщинам, похабно накрашен­ ным, с тошнотворной тоской в глазах. — Выпить мы за него выпили, а теперь я хочу вам представить своего старого друга, именинника, однокашника и тезку по совмес­ тительству— Сергея Кормлева! Представляете, я с этим остряком десять лет за одной партой сидел! Апотом всюжизнь не мог от него избавиться. Кудани зайдешь— везде он, и делает вид, что он меня не знает! — гыгыкая и трясясь, говорил Панфилов. Женщины переглянулись, хихикнули и, кажется, расслабились. — Ну, девушки, Лидочка, ухаживайте за именинником!— причитал Панфилов, обихаживая компанию. — И положите ему что-нибудь, положите! — Вы будете заливное? А салат? — спросила Кормлева Лидочка томным, хрип­ ловато-прокуренным голосом. Ее руки, нервные, ухоженные, с длинными ровными ногтями, покрытыми розовым лаком, неловко манипулировали тарелкой и ложкой. «Я помню эти руки! — подумал Кормлев. — Откуда я их помню, где я их ви­ дел?..» — вспоминал Кормлев, заворожено глядя за тем, как Лидочка накладывает что-то на тарелку. Лидочка отметила это, приняла за предварительный успех и бро­ сила на Сергея два-три кокетливых взгляда. «Четвертый прибор!— мелькнуло в голове у Кормлева.— Их трое, а приборов четыре! Откуда?» — Кто-то еще должен прийти? — как можно более непринужденно спросил Кормлев у Панфилова. — Нет, приятель, с чего ты взял? — хихикнул Панфилов. — Можешь смело ухаживать за Лидочкой! — Сергей Витальевич, пожалуйста, ваш коньяк! — сказал невесть откуда взяв­ шийся официант с лощеной улыбкой, ставя на стол перед Сергеем бутылку, оберну­ тую в желтую полупрозрачную бумагу. — Прошлый раз не было, извините, кончил­ ся. Не обижайтесь, пожалуйста. Зато теперь мы завезли впрок! — «Николе-Коля», сорок второй год,— прочитал Панфилов на этикетке и при­ свистнул. — Шикуешь, Серега! Ну, да ладно, в такой день можно! И он уже деловито откупоривал бутылку, выразительно кивая официанту, мол, уходи, мы тут сами справимся. Официант замялся, промямлил что-то, мол, «Не по­ ложено. ..» Но было поздно. Панфилов, разлив коньяк, уже нюхал край своего бока­ ла, в деланном наслаждении прикрывая глаза. — У меня денег при себе немного, — прошептал Сергей на ухо Панфилову. — Не волнуйся, старик, потом разочтемся. Расслабься! — ответил Панфилов, подмигнул ободряюще и ткнул его локтем в бок. Музыка изменилась, но опять звучало что-то вкрадчивое, умиротворяющее, официант еще терся чуть поодаль, неловко и заискивающе улыбаясь, Панфилов, откушав коньяку и налив себе еще, щедро раскладывал перед хихикающими дамами какие-то сальности... Что-то внутри хрустнуло, отпустило, сказало: «Да к черту все!» И Кормлев расслабился. Вздохнул, улыбнулся, и перед ним замелькали рюмки, вил­ ки, оранжевая лампа, масляная физиономия Панфилова, густо напомаженный рот Лидочки и нервные, ухоженные руки с длинными ногтями, накрашенными розо­ вым лаком... 21 ДМИТРИЙ ОГМА КАФЕ «ПАТРИСИАННА»