Сибирские огни, 2006, № 1

няет, что магистраль искусства 1880-1910-х годов гораздо шире, чем как она представ­ лялась публицистически настроенным умам того и более позднего времени и потому названные (и не названные той же форма­ ции) живописцы не только не потерялись в безвестности, напротив, обрели славу выда­ ющихся современных художников, давших новый импульс русскому искусству. Тому способствовало и всеевропейское распрос­ транение символизма, стремившегося под­ нять человека над будничным и приземлен­ ным, открыть духовные сферы мистическо­ го. Не без его влияния русская художествен­ ная культура 20 века активизировалась как двуединая в светской и церковной форме. Соединительным звеном между ними была собственно символистская живопись. Вспомним врубелевского «Демона», овеян­ ные неясным томлением полотна В.Э. Бо­ рисова-Мусатова, просторы пейзажей П.В. Кузнецова, где только степь и небо и сияю­ щий мост радуги над степью, над фигурами людей, будто поклоняющихся величию ми­ роздания. Соединение шло и по другой ли­ нии. К сюжетам икон вплотную подходила историческая живопись на религиозные темы. Серия картин «Земная жизнь Христа» В.Д. Поленова, цикл картин Нестерова, воз­ никший на основе преданий о жизни и ду­ ховных подвигах Сергия Радонежского мо­ гут быть тому примером. И совсем близко к иконописанию подводит начавшееся коллек­ ционирование икон в качестве образцов жи­ вописи, имеющей все основания занять дос­ тойное место в истории мирового искусст­ ва. Ценнейшую коллекцию икон собрал мос­ ковский пейзажист И.С Остроухое, в Сибири начал собирать иконы житель Барнаула жи­ вописец А.В Худяшев, художник Томска М.М. Поляков. До полноты двуединой художественной культуры в Сибири дело не дошло, есть толь­ ко ее элементы, предполагавшие ее актив­ ное развитие. Двуединство как полное со­ единение, как слияние двух в одно и невоз­ можно и нежелательно. Возможно и жела­ тельно полнокровное развитие обеих сторон художественного сознания в их взаимообус­ ловленности. В нашем городе от тех давних лет до на­ ших дней дожил храм в память Александра Невского, много претерпевший за сто лет существования. Он изначально мыслился как ансамбль архитектуры, станковой (иконы) и монументальной (росписи стен, купола, сво­ дов) живописи, что само собой разумеется в православном церковном строительстве. Средства на живописные работы в храме зак­ ладывались при рассмотрении проекта стро­ ительства, так как надо было, чтобы художе­ ственные образы, усиливаемые пением, за­ пахом ладана, устремленностью стен и сво­ дов ввысь, к небесам, к куполу, обступали вошедших в храм прихожан со всех сторон, утверждая реальность мистического мира. Вера не может идти от разума. Она идет от духовного опыта и опыт этот дает прихожа­ нину церковь. Своих мастеров для выполнения столь сложной и многомерной работы в Новони- колаевске не было. Сложности росписи цер­ ковных интерьеров кроме вполне понятных задач создания художественного образа уве­ личиваются необходимостью писать на вог­ нутых поверхностях алтарных апсид, сводов и купола, что может быть непосильно живо­ писцу, привыкшему к плоскости натянутого на подрамок полотна. Интерьер церкви Александра Невского не из самых больших, но если сделать развертку всей заполненной живописью его поверхности, неожиданно получим общую площадь, превосходящую составленные рама к раме сумму картин самых представительных художественных выставок дореволюционной Сибири. Для ее выполнения пришлось пригласить мастеров губернского города Томска. Артель иконо­ писной мастерской О.А. Панкрышева, пере­ веденная из Мстёры в Томск 14 августа 1898 года для работы в городах быстро развиваю­ щейся Сибири сразу же по прибытии на но­ вое место получила благословение архи­ епископа Макария на роспись и украшение храма и немедленно приступила к работе. Храм освящался осенью 1899 года. Времени у Панкрышева на полную роспись стен, из­ готовление иконостаса и заполнение его ико­ нами явно недостаточно. Вид храма на вре­ мя освящения и общую историю его роспи­ си еще предстоит выяснить. Однако наше неполное знание архитектурно-художествен- ного ансамбля храма Александра Невского по состоянию его на 1900-е годы не ставит под сомнение существование ансамбля как такового и присутствия в нем большого ко­ личества произведений живописи. От первоначальной росписи храма и заполнявших его икон не сохранилось ниче­ го, поэтому судить об их художественности мы не можем. Однако в Томске, в Петропав­ ловском и в Троицком храмах, можно видеть подписные иконы Панкрышева. Они, осо­ бенно образ Николая Мирликийского в Тро­ ицком храме, удивляют культурой живопи­ си и понимания формы, приближающими­ ся к добротным академическим традициям и показывающим хорошую профессиональ­ ную школу. При начале первой мировой войны Но- вониколаевск насчитывал семьдесят пять тысяч жителей. Церквей было шесть. По нынешним мерам городок был мизерным, расстояние от одной церкви до другой изме­ 12 заказ № 587 177