Сибирские огни, 2006, № 1

вый взгляд, желания действительно прогля­ дывает определённая истинность полноцен­ ного человеческого бытия. Красота былой жизни погребена под столетиями. Гармония и справедливость настоящего убита руками наших отцов и нашими собственными дела­ ми. Не изменяют только любимые книги, журчащие таёжные реки, скрипящие за тём­ ными окнами избушки деревья да потрески­ вающие в печке поленья. «Верховья студё­ ной Нерчи. / Здоровье и совесть в порядке. / При свете последней свечи / пишу тороп­ ливо и кратко. / Под бездной сверкающих звёзд, / пылающих к ясной погоде, / к моро­ зу — крепчает мороз, / крещенские ночи приходят. / Так тихо, кричи иль молчи, / лишь наледь, как пушка, стреляет, / да жар от чугунной печи / смолу с потолка выплав­ ляет...» Тот, кто подумает, что это призыв к де­ зертирству, глубоко ошибётся. Это призыв к возвращению нас к самим себе, к тому об­ разу, который в нас был заложен Творцом изначально. И Михаил Вишняков заговорил об этом в своих стихах вовсе не потому, что его душе стало невмоготу переносить имен­ но сегодняшние несправедливости жизни, он на протяжении всего своего творчества об­ ращался к природе и естественному укладу жизни как к тому самому колодцу, к которо­ му ходили за водой его молодые дед и ба­ бушка. Неспроста, наверное, как некий об­ щий для обоих томов мировоззренческий эталон в каждом из них (по недосмотру ре­ дактора или воле случая) оказалось напеча­ тано стихотворение «Как тёмные старцы, молчат предо мною, / деревья в натёках янтарного зноя» (т. I, стр. 192, т. II стр. 34), заканчивающееся словами: «Витают по древу проточины мысли / о бренности глу­ би, о тщетности выси, / и, кровь леденя, затворяя язык, / над промыслом разума пла­ чет родник». Слёзы, как известно, субстан­ ция очищающая. Так что пусть плачет. Гля­ дишь, и омоет наш разум от вековечных заб­ луждений и гордыни...