Сибирские огни, 2005, № 7

ВАЛЕРИЙ КУКЛИН ИМЕНЕМ ЦАРЯ ДИМИТРИЯ казов— Федор Болдырин, атаман гулящих терских казаков, разыскиваемый шахин­ шахом персидским, ханами и султанами доброго десятка прикаспийских и кавказс­ ких государств. — Быстр ты, Добрыня, — сказал атаман с улыбкой. — Ну, сказал князь про Кляпа? — Сам ищет, говорит, — ответил Добрыня, глядя на продолжающего не то си­ деть, не то валяться на полу воеводу. — Скрал Кляп казну, говорит, и удрал. — И много взял? — спросил Болдырин уже у Хворостинина. — Рубль... два... Нет, тысячу рублей... — назвал Иван Дмитриевич первые при­ шедшие на ум цифры. — Изрядно, — вновь улыбнулся Болдырин и сказал стоящим за его спиной казакам, показав на рассыпанные по полу монеты. — Соберите, ребята. В общий котел, на прокорм всего товарищества. Пока казаки собирали выпавшие из кошеля деньги, а заодно прихватили сереб­ ряный поднос и бронзовый подсвечник, Болдырин с Добрыней смотрели на воево­ ду, сумевшего, несмотря на сковывающий его члены страх, подняться. — Мы же к тебе с добром, Иван Дмитриевич, — сказал Болдырин, когда лицо воеводы оказалось на одной линии с его лицом. — А ты нас не понял. Пригласи сесть. Разговор есть. Глаза атамана смотрели на Хворостинина жестко, отлично от ласкового голоса. — Да, да... — закивал воевода, радуясь возможности не видеть этих т а з . — Садитесь. Болдырин сел, скрестив по-восточному ноги, у столика, за которым только что воевода принимал купцов. Иван Дмитриевич сам налил ему из самовара чай и подал пиалу в руки. По законам восточного гостеприимства это означало наивысшее дове­ рие хозяина дома гостю. И Болдырин знал это. Он отхлебнул уже изрядно остывшего напитка ровно глоток и поставил пиалу на стол. — Прежде о деле, — сказал атаман. — Дьяк твой (или кто еще Кляп тебе?) убил в станице на Тереке двух баб и знатного казака нашего Морозова. — Морозова?— переспросил удивленный оборотом дела Хворостин. — Како­ го Морозова? — Того самого... — оборвал его Болдырин. — Матвей Иванович, знаем мы, был на Тереке шишом твоим по Тайному Приказу. Кляп убил Морозова. По Сеньке и шапка, как говорят. А вот баб зачем Кляп тронул? И ребятеночка украл. — Какого ребятеночка?— не понял воевода. — Зачем Кляпу дите? — Вот и мы не знаем, зачем... — вздохнул атаман. — Знаем лишь, что по твоему делу Кляп был у нас лазутчиком. «Что они знают?.. — пронеслось в голове у воеводы. — Ничего они не знают. Откуда им знать? Если Кляпа лишь ищут, то знать не могут». И, несколько осмелев, заявил: — Я Кляпа на Терек не посылал. Сам объявил его в розыск. Он у меня в Тайном Приказе казной ведал, с ней и убег. — Полно врать, — сморщился Болдырин, будто вкусил порченное. — Кляп по твоему указу Терек поднял на Москву идти. Ты ли надоумил его царева племянника родить, сам ли он— мы не знаем. Только мы Петра с его подачи выбрали и теперь уж до Астрахани дошли. Назад пути нет... Иван Дмитриевич понял, что надо перебить Болдырина, не дать сказать в при­ сутствии такого числа свидетелей слишком многое, ибо потом будет уже не отвер­ теться. Потому осмелел и атамана прервал: — Какого племянника? Не знаю никакого племянника! Очнись!.. — и мелко закрестил перед собою воздух. — Не знаю, что там натворил Кляп. Ни сном, ни духом... Болдырин хватанул кулаком по столику— и изящные восточные кувшинчики- кумганы, подпрыгнув, полетели на ковер, разливая вино, гранатовый сок и мед. — Замолчь! — грозно произнес он. — Слушай, а не вякай... — и рассказал так, будто сам находился вот здесь, в этой палате, полтора месяца назад и слышал разго­ 94