Сибирские огни, 2005, № 7

Неужели работает, не поверил я. Ну, не может быть... Открыл дверь и вошел в теплое помещение. Следом вошел Леонид. — Выбирай, — сказал он и протянул мне сто рублей. Я достал свою сотню. — Водки взять? — И пива. Валька же на пиво дала. И мы взяли. Водки взяли, пива, яблок взяли на сдачу... Для Валентины. — Опять сумку забыли, — сказал Леонид. — Донесем, — ответил я. Сразу от магазина Леонид куда-то свернул, и мы оказались на окольной дороге, где нет и никогда не было ни сотрудников ГАИ, ни милиции, и где можно свободно передвигаться, прихлебывая при этом прямо из горлышка. А потом мы сидели в моей избушке и говорили о разных пустяках. Про эту дурную погоду и про работу, которая нынче тоже какая-то дурная. Ноябрь на носу, а ей все конца не видно, и похоже, в этом году она не кончится. Да и бабы какие-то дурные стали. Не пей! Не кури! Не лезь ко мне, я устала... Господи, Боже мой, что это за жизнь-то? — Год високосный, — сказал Леонид. — В нашей стране каждый год— високосный. И мы выпили с ним еще, закусывая последним в этом году, уже сморщенным, помидором. — Но ты-то от своей ушел, — сказал Леонид. — Ушел... — Ну и живи спокойно, — сказал он с пьяной рассудительностью. — Я и живу,— сказал я.— Но ведь бывшая или не бывшая— все равно своя. Не получается из них бывших. Все рано думаешь, беспокоишься. Возраст такой... О ком- то заботиться надо. Не бывает бывших жен, не бывает... Как не бывает бывших родителей или быв­ ших сестер. Они вьют свое гнездышко в нашем сердце, роют там норки и поселяются навсегда. Даже когда мы не вспоминаем о них... А потом мы затяжелели так, что Леонид поднялся. И я тоже встал, чтобы его проводить. — Ты куда?— возмутился он. — Я что, до своего огорода не дойду? — Дойдешь, Леня, дойдешь, — сказал я. — Но ведь тьма египетская. Я вчера собственный туалет найти не мог. — Не нашел?— удивился он. — Нашел, — вздохнул я. — Но совершенно в другом месте. А фонарик-то где у нас? Фонарик оказался на кухонной полке. Среди кастрюль, банок с фасолью, с ка­ кой-то крупой, с содой, с мукой, с какими-то сушеными кореньями. И мы вышли на огород. — Видишь,— сказал я ,— калитку новую сделал. Чтобы мы моти дружно в нее попасть... в любом состоянии... — Под ноги свети, — сказал Леонид. — Ни хера не видно. Как на Марсе... — А я что делаю? — удивился я. Но мы уже дошли до межи. — Все, — сказал Леонид, — тут я дорогу знаю. Но вдруг остановился и спросил: — Ты в город поедешь или зимовать останешься? — Поеду, — сказал я. — Но торопиться не буду. Здесь спокойнее. Да и работы полно. — Всю работу не переделаешь, — ответил он. Я посветил на тропинку, пока он не скрылся за углом сарая, и пошел обратно. Налил себе стопочку. Выпил. И еще отхлебнул... И тут вспомнил, что вчера хотел написать письмо. Своей бывшей жене. Или не хотел... 2 Заказ № 479 17 НИКОЛАЙ МЯСНИКОВ J ПЕРЕКРЕСТЬЕ МИРОВ