Сибирские огни, 2005, № 7

Это страхи научно обоснованные, то есть вполне современные, а быть совре­ менным человеком уже нисколько не стыдно. Даже если тебя немного дрессирует собака и может запросто искусать энцефалит. Вот, говорит себе Миклухо-Маклай. Посуду мы будем мыть завтра. Только завтра. Совсем завтра. Но мыть мы ее будем в приступе искреннего энтузиазма. III А так у нас здесь хорошо. И земля здесь хорошая, все на этой земле само растет. Даже то, что не садил никогда. И река здесь хорошая, широкая. И рыба здесь водится. И водяной здесь есть. От нашей деревни до того берега километра четыре с половиной будет. По осе­ ни ветра сильные бывают, тогда штормит. Как раз в то время, когда мы рыбачим. Сорога в это время хорошо идет, да и судак за ней. Бывает, что и гибнут мужики. Как раз в это время и гибнут. С водяным осторожнее надо. Он шутить очень любит. И лес здесь хороший, богатый. Все в этом лесу есть. И ягоды, и грибы, и птица, и зверь есть. Бывает, пока за грибами ходишь, штук семь глухарей спугнешь. А дорог сколько в лесу! Каждый день можно новой дорогой идти. Но — все равно, какой дорогой ни пойдешь, только в лес и придешь... И заблудиться можно. Другой раз возле дороги туда-сюда ходишь, а дорогу никак найти не можешь. А бывает так, что осенью выйдешь в лес за опенками— тишина кругом, воздух прозрачный — а сзади леший за тобой ходит. За левым плечом он всегда держится. Идет за тобой и сухие сучки с деревьев сбивает. А ты только удивляешься: слева сучки сами собой с деревьев опадают, а справа ни одного не упадет. И ветра нет... Видно, скучно ему осенью. А зимой тоже бывает, что охотник какой-нибудь в лесу заблудится да и погибнет. Это все он безобразничает. От скуки. Лес спит, а лешему и заняться нечем. Духи тут всякие есть: и на земле, и в воде, и в воздухе — каких только нет. И каждый чем-то своим занимается. Да и деревенские наши — столкнешься с ним в сумерках и не сразу поймешь, человек ли это или злой дух человеком прикинулся. И городские тоже... бывает... А летом— тут уж везде благодать — и на огороде, и на реке, и в лесу... Все у нас здесь есть. Все. Кроме денег. Но деньги— есть они или нет— это ведь судьба. Кому-то они даются как нака­ зание за грехи. Хлопотно ведь с большими деньгами. А кому-то и не даются... А без них тоже туго. Все у нас здесь есть... Музыки вот охота. Моцарта послушать. Позвать сюда хороший оркестр. Пусть едут, прокормим. Женский хор из Герма­ нии. .. Чтобы на его родном языке пели. И рано утром рассадить их в конце огорода, где мы давно уже не пашем, — среди синих цветов шалфея, и желтых хризантем, и диких мальв, цветущих нежным розовым цветом. Рояль поставить на траву возле черемухи. Музыкантов во фраках — посадить полукругом на белые стульчики. А хор по­ ставить справа, среди цветов. Выйти к ним и сказать: — Сыграйте мне Реквием! И когда они начнут свое волшебное дело, лечь на землю между картофелем и подсолнухами, раскинуть руки, ощущая затылком и лопатками огромное звонкое тело планеты, и плыть вместе с ним на живых волнах этой музыки навстречу восходя­ щему солнцу... Жизни хочется. Света. Тепла. 1. 12. 04