Сибирские огни, 2005, № 1

Небесной канцелярии претензии Телеграфируй, сердце, из подъезда, Пусть одурманит запахом гортензии До смерти нас двухкомнатная бездна. Мы отгуляли вместе дни рождения, Прошла любовь, но все же помним оба, Как наших чувств роскошные растения Тянулись вверх из книжного сугроба. Ужели чувства были только книжными, И смерть их нам не нанесла урона? Сидит, блестя очами неподвижными, От слез окаменевшая Горгона. Обвешан куст стеклянной бижутерией, Труб водосточных кашляют свирели... И в новой жизни похоть с бухгалтерией Отпразднуют победу неужели? * * * Н. Смородниковой Пока шумит берез китайский веер И нагоняет холод в города, Из пункта «А» реки большой конвейер Уносит мое горе в никуда. Смотри, как вьется лентой темно-синей Ленивая сибирская река, Боярышник рассерженной гусыней Терзает мою грудь исподтишка. И клен шуршит ногтями в маникюре (Не гей, не вор в законе, не святой) И отражает жизнь в миниатюре, Сверкающую нищей красотой... Вообрази над пригородной зоной, Как Обь, с похмелья поменяв свой жанр, Накроет вдруг волной серо-зеленой Моторки сухопутных горожан. О, страшный шум беснующихся фурий — Во власти их река на много миль... Что может быть в натуре лучше бури, Когда в душе— четвертый месяц штиль? На дно идите, скученные годы, Былой любви невыносимый гнет, Пусть картой в глубине речной колоды Козырной масти рыбка промелькнет. Ты помнишь, только загуляет осень, Дышала в окна близкая река, И на Фабричной в доме № 8 С тобой цвели мы, словно два цветка. Бывает, мир представится пустыней, И песен звезд не слышно в небесах... Но ты выходишь с лентой темно-синей В небрежно взбитых пышных волосах. 7 Заказ № 361 97 АНАТОЛИЙ СОКОЛОВ «ПАХНЕТ В АИДЕ ЛЕСНОЙ ЗЕМЛЯНИКОЙ...»