Сибирские огни, 2005, № 1

ТАТЬЯНА БУКОВА № МАМА Марина плачет над своей жизнью. Она больше не может смотреть на сцену, на лицо Бориса, расплывающееся в дымке. «Ни матери, ни отца. Никто не поможет, не поддержит. Никто не назовет ласко­ во, не обнимет. Осознавать это больно. Всем здесь и весело, и хорошо, все кричат, радуются. А я плачу...» К концу концерта люди, как обычно, стекаются к сцене. Марина вовремя подбе­ жала, стоит в третьем ряду, в самой толпе у сцены. Очарованными глазами смотрит на Бориса. Оголтелые крики, многие танцуют, большинство— пьяные гопы, слов со сцены почти не разобрать. «Ты подходишь к кому-то сказать: Привет! И вдруг понимаешь, что нет ничего... конкретного. И прохожие смотрят тебе вослед... с издевкой. На улице рядом метет метель, и ветер срывает двери с петель, И где-то же еще там, где была постель, Теперь яма с веревкой...» Марина идет через ворота ДКЖ к улице Красноярской. Видит у черного хода несколько человек, ожидающих Бориса. Она проходит мимо, не решаясь остаться. «Что, одна, как дура, буду стоять?» Почти дошла до дома, но возвращается. Подходит к двум девчонкам, что стоят на крыльце. — Вон Гребень, — сказал кто-то сзади. — Где?!— все побежали к закрытым стеклянным дверям. Борис далеко, возле двери гримерки. Марина и две девчонки прилипли носами к стеклу. Они смотрят, как фанатка кидается Борису на шею, обнимает его, он стоит, опустив руки. Девочка с пером за ухом сжимает кулаки от злости, что не она на ее месте. Марина думает: «И той девчонке-то лет двенадцать. Борис чуть глаза не зака­ тывает, но виду не подает. Спокойно стоит и терпит. Издержки профессии, плата за популярность. Как, должно быть, это его достало!» Марина вспоминает, как во время концерта девушка-гопница, у которой до это­ го брали интервью, вылезла на сцену дарить цветы. И Борис поцеловал ее в губы. Марине завидно, обидно и грустно. Девчонки с крыльца подходят к Марине, останавливаются. — Давайте познакомимся с горя, — говорит одна. — Меня зовут Аня. — Пасха, — говорит девочка с пером за ухом. -—Марина. БГ ушел в гримерку. Аня не переставая и с удовольствием курит. Она почему-то начала рассказы­ вать Марине: — Вон, видишь, — доверительно наклоняется к ней, — «мой» пришел на кон­ церт. Он же вообще не слушает БГ, — показала рукой на гопника в забрызганном осенней грязью спортивном костюме. Борис с какими-то людьми прошел мимо двери влево. Он потерянно, задумчи­ во смотрит на девчонок. Скорее, не на них, а просто на дверь. Марина сделала несколько шагов в сторону главного входа, увидела, что Борис поднимается по лестнице. Она вернулась, сказала Пасхе и Ане: — Борис пошел наверх. Договорились, что Марина ждет их здесь, и пошли за куртками. Марина смотрит на окна гримерок. Пасха и Аня идут к ней. Пасха останавливается, раскидывает в воздухе руки: — Учитель, Учитель, выйди к нам! Мы ждем тебя, Учитель! Борис снова проходит мимо двери, направляясь в гримерку. «Никита рязанский строил город, и ему не хватило гвоздя. Никита рязанский протянул ладони и увидел в них капли дождя...» 122