Сибирские огни, 2005, № 1

ТАТЬЯНА БУКОВА 'Зшк МАМА Марина смотрит в окно. Они проезжают мост. — И вот он сказал мне... Длинный промышленный мост уже проехали, а Маша все еще говорит. — Маша жила в монастыре в Германии, потом ушла оттуда, — рассказывает Петр. Он говорит Марине: — Знаешь, я когда в Казахстане первый раз приехал в детский дом для умственно отсталых детей, там как раз медосмотр был. Всех мальчиков и девочек собрали в один кабинет, раздели и поставили друг перед другом. И им по фиг, что кто-то там стесня­ ется. Когда я сказал им, на меня очень удивленно посмотрели и сказали: «Да вы че, они же полудурки, ниче не понимают...» Марина раздает бомжам бутерброды, наливает чай. Маша смотрит на это, сидя в машине. Потом, когда уже все садятся в машину, Петр говорит: — С нами поедут господа. (Он имеет в виду двух бомжей). Андрей садится в машину, как бы отгораживая собой бомжей от девчонок. Маша, как только они сели, закрыла подбородок воротником, вжалась в сиденье с отвращением на лице. Всю дорогу, пока ехали, она сидит так и фыркает. Марина разглядывает руки бомжа, на одной из них осталось всего два пальца. Водитель говорит: — Мне, например, неприятно, что бомжи в машину садятся... Приехали к Соцзащите. Бомжи и Петр вышли. Маша тут же попросила спирто­ вой раствор, начала выливать его себе на руки, долго и тщательно отмывалась, по­ том вылила полбутылки на салфетку и начала протирать сиденье. Марина с Антоном вышли. — Тех бомжей я отвел в Соцзащиту, — возвращается Петр. — Но нас ждет еще один. Вон сидит, ему надо «скорую» вызвать. У него украли костыли, он безногий, на протезах. И почечные колики начались, видишь? Антон набирает номер на сотовом. Прямо на асфальте, во дворе Соцзащиты на Владимировском спуске, сидит бомж с длинной бородой. По ней текут сопли и слюни. Погода солнечная, небо ясное, но холодно. Петр подходит к нему, что-то гово­ рит, спрашивает. Тот отвечает. У бомжа очень жалкий вид. Маша выходит из машины, они с Антоном стоят и ржут над бомжем. Марина отворачивается и отходит от них. Они кокетничают друг с другом. Маша полная, и тем более неприятно выглядит, как она вешается на худого Антона. Андрей подходит к ним. С ним другой бомж. Он просит у Андрея хлеба. Андрей дает Марине четыре рубля и посылает за хлебом. Марина подходит к киоску, смот­ рит. Там нет ничего за четыре рубля. Она шарит по карманам, но там только мелочь. Оглядывается на бомжа: — Подождите, я сейчас. Она перебегает через дорогу, подходит к Андрею, говорит, что за четыре рубля купить ничего не смогла. Он добавляет еще три. Марина прибавляет к деньгам Андрея свои и покупает бракованную булку хле­ ба, на что хватило денег. Ей стыдно, что она так вела себя с бомжем, шла отдельно, когда они переходили через дорогу. Она подходит к нему, прислонившемуся к заг­ раждению— ему плохо, протягивает хлеб: — Возьмите, пожалуйста! Он удивился и сказал с благодарностью: — Спасибо, девушка! Она улыбается и возвращается к остальным. Петр: — Уже почти сорок минут, а «скорая» все не едет. Он идет встречать машину на перекресток. «Скорая» приезжает. Петр говорит бомжу: — Ползи вон туда, к краю дороги, это рядом. Бомж, как собака, ползет на руках и на коленях по грязному, заплеванному асфальту. Петр руководит, куда ползти. Антон и Маша исходят со смеха. 120