Сибирская горница, 2001, № 2

шили за пенсию... Наркоманы, наверное... Та­ кая теперь, брат, жизнь здесь пошла, что сло­ вами не перескажешь — видеть надо. Ты сей­ час и увидишь... Мы встретили очередную процессию и с пением «Святый Боже» пошли впереди нее. Мелкий мужичок, бегавший взад-вперед по сторонам колонны, оказывался иногда рядом с нами и успевал бросить на ходу несколько слов. Выходило, что хороним руководителя крупного автокомбината. «Организация бюд­ жетная, денег нет», — заговорщицки сообщил мужичок и исчез. Так же заговорщицки, ше­ потом, я спросил приятеля — кто это? — Распорядитель. — Распорядитель чего? — Похорон. — А что он все время бегает? — Распоряжается, наверное. «Начальство потребовало, чтобы он по­ делился», — и снова мы теряли его из виду и продолжали: «Святый Крепкий». «А он сказал, что не может грабить шоферов, за это его и грохнули»... «Святый Бессмертный, помилуй нас», — допевали мы. «А похороны-то эти са­ ми заказчики и устроили — на всю катушку!» — Так он — распорядитель этот — их че­ ловек или ваш, кладбищенский? — Их, конечно. — И так здорово шустрит. — Из бывших общественных работни­ ков, наверное... Я понял, что это — в точности, как у ме­ ня: там тоже бывшие парторги — главные за­ коперщики на похоронах: и вокруг машины с гробом борозду на земле топором нарису­ ют, и когда в могилу монеты бросать, ско­ мандуют... — А это еще зачем? — полюбопытство­ вал приятель. — Монеты — чтоб, значит, «землю выку­ пить», а вот насчет топора — даже и не помню: кажется, чтобы смерть от живых отгородить... — Бред какой-то... — А ты говоришь: «тунеядец»... Подбе­ жит такой вот «оргмассовый сектор» с то­ пором: «Товарищ поп! Как там в соответст­ вии с церковными постановлениями: ма­ шину обводить по часовой стрелке или против?» И можешь кол ему на голове те­ сать, но хоть тайком, а процарапает — по­ сле чего, стало быть, никто уже никогда по­ мереть не должен... А с монетами: «Не бес­ покойтесь, — говорю, — не надо ничего вы­ купать: в земле места всем хватит». Но толь­ ко отвернешься — как начнут швырять при­ горшнями... «Что ж вы, — говоришь, — дела­ ете? Да если бы на эти деньги купить лекар­ ство, человека, глядишь, сегодня и хоро­ нить бы не пришлось!» — Сумасшедший дом... Наконец, дошли до места. Когда толпа провожавших окружила нас, заняв все сво­ бодное пространство на ближайших аллеях и между памятниками, какой-то протоколь­ ного вида человек, определенно имевший навык выступать на митингах и собраниях, стал возле фоба, снял шапку и начал про­ щальное слово. Он проникновенно вещал о новой жизни, которая дала дорогу таким, как покойный, о новой Москве, для которой по­ койный, как и все, собравшиеся здесь, не жа­ лел сил, и о том, как это не понравилось «не­ которым из прежних*... — Заказчик, — почти не раскрывая рта, пробормотал распорядитель, снова оказав­ шийся рядом с нами. — Похорон или?.. — тем же манером спросил приятель. —И того, и другого. Кактолько он закон­ чит — начинайте: гражданская панихида уже была, на работе, — и исчез. Когда проникновенная речь приблизи­ лась к логическому завершению, я приподнял кадило, чтобы положить ладан, и в этот мо­ мент, как по команде, раздался трубный звук