Горница, 1996, № 2

П Р О З А Ж И З Н И Виктор ПОТАНИН МИМО БЕЛЫХ-БЕЛЫХ БЕРЕГОВ р а с с к а з В произведениях известного сибирского писателя Виктора Потанина, будь это повести или рассказы, всегда присутствует особое чувство любви. Оно не выпячивается, не выставляется напоказ, а, наоборот, глубоко скрыто, как и положено истинному чувству, и светит тихо и ровно, будто пламя свечи, которое освещает нелегкие судьбы сельских и городских жителей, красоту родной земли, щемящие детские и юношеские воспоминания. Искренность и задушевность, при­ сущие произведениям Виктора Потанина, свидетельствуют о любящем сердце самого автора, удостоенного недавно премии Союза писателей России имени И.А. Бунина. "Горница ’’ с радостью знакомит своих читателей с одним из рассказов талантливого писателя. Наша деревня жила далеко от моря. Потому море никогда не снилось. Оно стояло у дальних гор, но деревня к себе его не звала, и мы тоже. Но разве не ждешь чудо, разве не веришь в счаст­ ливые мгновения судьбы — ведь тогда бы жизнь стала мученьем. А деревня в ™ весну пахла вет­ рами, люди обрадовались ранней траве и солнцу, ночью спускались в постели пришлые сны, по­ гружая в смятенье; просыпались с рассветом, выходили за ограды и смотрели подолгу в небо. Там вспыхивал розовый луч, .и на землю падали свет и тепло. На завалины садились старики и дети, оглядывались озаренно, высоко задирали хвосты собаки, хватая бабочек за мохнатые кры­ лья, а по ночам в деревне стали петь песни. Недавно была война, и все* песни забыли. Теперь вспомнили, выговаривая каждое слово. Пели про­ сторно, без гармошки и принужденья, лица у женщин стали серьезны. От ночной земли болели разутые ноги — обуви не успели наделать. И кто-то на нас обиделся. Вдруг скрылось солнце, пришли тучи, и в начале мая выпал снег. Он лежал нежно-белый, белей, чем зимой. Осо­ бенно это видно возле реки. Она текла серая, а по краям — сияющие берега. Вода поднялась высоко, заговорила, под черным яром кружились воронки, а старики сокрушались: “Ошалел Тобол. К войне, што ль, опять . . .” А накануне ночью прошла сквозь небо кривая звезда, над бором рассыпалась. Вспыхнули на миг сосны и подня­ ли в ложбине лошадь. Она вскочила, разорвала путы и метнулась в деревню. На улице взнялась на дыбы и заржала тонко, тоскливо. Так кричат только во сне перед смертью. Вокруг нее сби­ лись люди. Она подняла голову, взмахнув хвос­ том по-молодому, хоть была старая и больная. Ее манили хлебной корочкой и протяжными го­ лосами. Подпускала близко и, роняя морду, бежала. Слышно, как задние ноги трутся по пот­ ному низкому брюху. Утром она принесла мерт­ вого сына и сама тоже умерла. Шерсть на ж ере ­ бенке вилась красная, кровяная. Старый конюх Матвей поклялся: “Ждите войну, ребята” . Он был такой старый, что всех звал ребятами. Люди виделись ему малыми, глупыми — на него не сердились, считая отцом. 12