Сибирский Парнас, № 4, 2019

151 Выпуск 4 (13) Дмитрий Кедрин – пишет об отправке к государю И. Коль- цо с сообщением о покорении Сибири дружиной Ермака. Павел Васильев – о покорении Сибири, как колониальном завоевании. Для него казаки – захватчики, они становятся цепными псами, охраняющими богатства Сибири от корен- ных жителей. Георгий Вяткин показывает антицарский бунтарский пафос казачьей вольницы. Леонид Мартынов подчёркивает цивилизаторскуюмиссию атамана: Ермак достаёт «горсточку зерна», и «летят из атамановой руки в сырую землю искры золотые». С. Я. Ремизов обогащает образ Ермака легендами и мифами, пытается найти достоверные факты, но не находит. Н. А. Миненко даёт описание разгрома ханства Кучума, не внося новизны в своё повествование. М. Дмитриев со своим Ермаком «такая дрянь, что мочи нет». Эта оценка принадле- жит А. С. Пушкину. Наиболее исторически оправданной, на мой взгляд, является работа Марии Юрасовой, которая при написании истории Ермака пользовалась царской опальной грамотой 1582 год, в которой «каждое слово на вес золота». Грамота непосредственно отразила события, положившие начало походу Ермака. Юрасова сумела доказать, что Ермак накануне сибирского похода «не разбойничал, а оборонял рубежи государства от вторжения в страну неприятелей, что Великий Государь и патриарх Филарет имели свои счёты с вольным казачеством. Составленная же Филаретом летопись без обиняков назвала Ермака и его казаков ворами. Эта ложь послужила мотивом для /поэта Д. Кедрина/ написания таких строк в стихотворе- нии о Ермаке: …Но всем нам дорога на Русь заперта Былым воровством бестолковым.