Сибирский Парнас, № 4, 2019

149 Выпуск 4 (13) может быть иШекспир: жёсткая критика начинающих поэтов и писателей может «выплеснуть с водой ребёнка». «Очень короткая сказка» длиной всего в два предложе- ния «Жили-были кошка с собакой. Дружно жили…» И всё. Очень похожа на жизнь многих семейных пар. Но у нас кошка воспитала щенка, и они друг друга любили до конца жизни одного из них, и это правда. В третьей части книги «Друг Танатоса» представлен жанр бытовой фантастики, в которой другом бога смерти выступает сорокапятилетний научный сотрудник. Я не люблю любую фантастику вообще. Сказочки, как любая женщина, я люблю слушать (может, в молодости, когда мужчины-волшебники вешали мне прекрасную лапшу на уши), а вот фантастику, особенно с мистикой и смертью, не приемлю до сих пор. Мне понравились все сказочкипо сюжетам, по языку и стилю. Герои и их действия или бездействия легко узнаются, если чи- татель хоть немного интересуется политикой и положением дел в нашей стране: где-то я смеялась, где-то страдала, переживала, но везде была согласна с автором. Даже корочки соответствуют содержанию сказочек – чёрные, но в то же время бархатные на ощупь (не знаю, что это символизирует). Языковуювыразитель- ность увеличивает употребление устаревших русских слов и устоявшихся словосочетаний, а также жаргонные, уличные, не литературные, но вошедшие в нашу лексику последних лет: 1. «Укокошил. От дела лытаешь? Набольший министр или начальник. Робяты. Наобещать три короба», то есть три пе- стеря. 2. «Мало не покажется. Шлындает. Накатил. Заплохело. Веночки, венички (в древности так звались букеты). Шастают. Масенькая пенсия. Отчекрыжил. Кирдык». Книжечка издана хорошо, рисунки замечательные, особен- но удачен небольшой формат, удобный для читателя.