Сибирский Парнас, № 2 (3), 2017

67 Выпуск 2(3) чаянный крик. Что случилось, не поймём, побежали туда, ока- зывается, вся картошка в яме сгнила. А это много мешков и на еду весной и летом, и на посадку. У нас дом был двухэтажный, и поэтому не было в нём подвала, хранили картофель в ямах, которые копали осенью в сухую погоду, дно и стены обклады- вали снопами ржаной соломы (а рожь на вологодчине растёт высотой больше метра). Высыпанную в яму картошку сверху закрывали толстым слоем соломы и выкопанной землёй, которая не промерзала глубоко даже за всю зиму, благодаря обильным в те годы снегопадам. Большинство односельчан хранило картофель в них, и никогда она не мёрзла, видимо, её в тот год «съела» фитофтора. Как мама выкрутилась из этой патовой ситуации, я уже не помню, но сажать её опять при- шлось глазками и очистками. А на лепёшки вместо хлеба по весне собирали на только что оттаявших полях перемёрзшую гнилую картошку, меся вязкую суглинистую землюи оставляя там давно износившиеся подошвы старых сапог. Подножный корм Но как-то надо было выживать. Продукты леса, рек, лугов и болот (подножный корм) являлись основным, а зачастую и единственным подспорьем в питании сельчан. В детстве всег- да хочется кушать, юный организм требует для своего роста растительных и животных белков и углеводов, не считаясь с войной и всякими катаклизмами. Растительные белки дере- венские дети старались восполнить на колхозных полях, свои огороды были заняты посевами (в виде небольших заплат) ржи, льна, проса, картофеля, для других овощей оставалось мало места, на трудодни практически не давали ничего, да и сам трудодень было заработать не просто. Мы, деревенские дети, собирались ватагой и выбирали место на гороховом поле недалеко от кустов, чтобы быстрее