Сибирский Парнас, № 2 (3), 2017

40 СИБИРСКИЙ ПАРНАС мы и жили: служба – не служба, да и кому служили, было непонятно. Как-то я сидел в роте, беседовал с солдатами, объяснял, как понимал, политику большевиков, которую сам поддерживал. Зашёл солдат Егоров Пётр Дмитриевич и сказал, что в подвале винзавода проходит собрание и меня туда приглашают. Мы с Егоровым поехали. Оказалось, там проходило офицерское собрание. Когда спустился вниз, услышал: – Можно заканчивать собрание. Явился председатель сол- датского комитета – но выступающий продолжал. – Господа офицеры. Наш соратник генерал Корнилов пошёл на Петроград, чтобы освободить столицу от большевиков, захвативших власть в России. Большевики рвут Россию на части, продают её иностранцам. Нужно сохранить единую и неделимую Россию. Мы не должны посрамить офицерский мундир, а обязаны поддержать генерала в его борьбе за со- хранение России. Я слушал, еле сдерживая себя от злости. Потом попросил дать мне слово и сказал: – Да, Россия должна быть неделимой. Мы все за это бо- ремся, но ваша провокация с Корниловым будет разбита. Не ваши чистые мундиры совершили революцию и свергли царя, а наши серые солдатские шинели, и власть мы не отдадим ни вам, ни вашему генералу. Какое-то время стояла тишина, а потом пошли выкрики и более резкие выступления. Я там был один и понял, чем для меня это может кончиться. Егоров стоял у меня за спиной, потом что-то выкрикнул и вышел. Тогда я ещё резче и громче выступил против их заговора и быстро вышел. Меня не задер- жали. Егоров ожидал на улице, мы сели на лошадей и напра- вились в расположение своей второй роты. Я поднял тревогу, скомандовал «в ружьё!» и послал гонцов в другие роты. Когда