Сибирский Парнас, № 2 (3), 2017

39 Выпуск 2(3) чённых амнистировали, выпустили и меня. Уже на второй день в части, где я служил, состоялось гарнизонное собрание. Многие кричали: «Вон того надо избрать, которого выпусти- ли из тюрьмы», и меня избрали председателем Солдатского комитета. Время наступило сложное. Люди не понимали, как же дальше жить без царя, не понимали, что же происходило в стране и её руководстве. Отречение царя от престола многих вообще завело в тупик. Офицеры, эсеры, кадеты и прочие призывали воевать до победного конца, победим, мол, тогда разберёмся. Я знал, как настроено большинство солдат, и выступил против продолжения войны. В эти же дни произошло событие, которое мне крепко за- помнилось. Когда служил в Барнауле, знал многих людей, читал газету «Жизнь Алтая» и выявил здесь, в Ишиме, про- вокатора, который раньше служил там, а потом появился уже здесь в Тюменской охранке. Звали его Кудинов Пётр Александрович. Через него многие люди погибли, были сосланы и сидели в тюрьмах. Мы в солдатском комитете с моими сторонниками решили его арестовать, сделали это и посадили в тюрьму. Начальник гарнизона – капитан, фа- милию которого не помню, освободил провокатора. Мы его опять арестовали, и начальник снова его освободил. Тогда решили арестовать самого начальника. Пришли в его дом ночью, стучим в дверь. – Кто там? – спрашивают за дверью. – Это мы, из солдатского комитета. – Нет, я вам не отворю. Мы предупредили, что если он не откроет, будем стрелять. Вдруг услышали выстрел за дверью, и всё затихло. Немного подождали и выломали дверь. Оказалось, что он сам застре- лился. Вот такая была общая обстановка. В такой неразберихе