Фольклор шорцев: В записях 1911, 1925-1930, 1959-1960, 1974, 1990-2007 годов. - 2010. (Т. 29.)

тия становится бурдоном — подобно тому, как это происходит в хакасском эпосе. Схожие отношения вокальной и инструментальной партий наблюдаются и в сказании П.И. Кыдыякова «Кан Перген». Если эпическая традиция шорцев по своим содержательным свой­ ствам, масштабам, уровню музыкально-поэтической организации впол­ не сопоставима с эпическим наследием ближайших соседей (алтайцев и хакасов), то сказки с музыкальными вставками представлены более скромно, нежели у северных алтайцев [39] и хакасов. Данный жанр зафиксирован в виде единичных образцов. В сказках, записанных от одного и того же исполнителя, используется один и тот же напев, отличающийся от напевов других жанров. То же характерно и для северных алтайцев — чалканцев, кумандинцев, тубаларов. В сказке «Кийигеш брат и Тийинеш сестра» (текст 13) напевом передается диалог Тийинеш со снохой, когда обе женщины находятся в опасной ситуации, грозящей им гибелью; напев звучит дважды (в первом — три, во втором — четыре поэтических строки). Перегова­ риваясь при помощи песни, они как бы используют тайный язык, не дающий оборотню -айна осуществить его планы. Напев основан на ямбической ритмоформуле, текст представляет редкий для шорской культуры вариант 8-сложника с цезурой после 4-го слога: 8 ( 4 + 4 ) . Для слогоритма напева характерны дробления длительностей в начале обеих полустрок — до- и послецезурной. По ладозвукорядному строению напев отличается некоторой нестабильно­ стью и своего рода «ладовыми переливами» (см. табл. 10, с. 66). Та­ кая подвижность ладозвукорядного облика напева не свойственна другим жанрам музыкально-поэтического фольклора шорцев. Таким образом, сказочный напев стоит особняком и маркирует данную жанровую традицию музыкальными средствами. Его ладовый инвариант — пентахорд в объеме сексты и чередованием высокого и низкого вариантов верхней ступени ( E-g-a-h-c^/cis *) находит парал­ лели в сказочной традиции тубаларов и чалканцев [39], а также в песенной традиции тубаларов. Высокая верхняя ступень, а также побочная опора на третьем звуке пентахорда (а), возможно, свиде­ тельствуют о связи сказочной и эпической традиций. Безусловно, пе­ сенные вставки в сказках сохраняют черты более раннего состояния музыки народов Саяно-Алтая, чем лирические жанры. Жанры несказочной прозы не представлены записями, демонст­ рирующими наличие аналогичной формы исполнения с включением песенных вставок в нарратив, однако по косвенным признакам мож­ 4 Заказ N9 367