Фольклор шорцев: В записях 1911, 1925-1930, 1959-1960, 1974, 1990-2007 годов. - 2010. (Т. 29.)

исходила с кем-то из их предков или знакомых. Они даже называют определенное место действия или указывают имена людей, якобы видевших или слышавших это. Стиль и манера исполнения пурунгу чоок также подчеркивают достоверность излагаемого факта. Язык про­ изведений почти лишен художественно-изобразительных средств. Древние рассказы включают несколько сюжетов мифологического характера: 1) о божествах, о первотворении земли и появлении пер­ вых людей; 2) небесных светилах; 3) злых и добрых духах, обитающих на земле и в Нижнем мире; 4) окружающей человека природе; 5) ша­ манах. Интересными являются космогонические пурунгу чооктар о со­ творении земли, неба, солнца, звезд. Ряд народных пурунгу чоок о небесных светилах (солнце, луне) был связан с их почитанием. Со­ гласно этим рассказам, людей и окружающий мир сотворил бог Уль- ген. В одном из этих повествований говорится о том, что творец создал людей без одежды и поэтому они мерзли. На помощь им пришла птица-журавль, которая спасла людей, выкрав у бога огонь. Этот рассказ в записи Н.П. Дыренковой включен в том (текст 15). Персонажи пурунгу чоок о первотворении типичны для тюрко­ язычных народов Сибири. Особенно они близки космогоническим представлениям алтайцев и хакасов. Часто совпадают имена божеств: носителей доброго начала Ульгена и мирового зла Эрлика. Широко у шорцев, как и в мифологии других тюрко-монгольских народов, распространен сюжет о девушке-сироте, которую обижали хозяева. Ее пожалела Луна и забрала к себе. Силуэт девушки виден теперь на лунном лике. В наш том включен вариант этого рассказа «Челбеген и девушка» («Челбегенме қыс»), в котором объясняется происхождение пятен на луне (текст 20). В несказочной прозе шорцев можно также выделить цикл пурун­ гу чоок о хозяевах гор, воды, тайги, горлового пения. Они, как и люди, обитают в Среднем мире и во многом определяют судьбу че­ ловека. По многочисленным рассказам, удача на охоте зависит от хозяй­ ки горы. Она часто является человеку в виде обнаженной женщины и предлагает ему жениться на ней. В случае отказа охотник рискует не только своей жизнью, но и дальнейшей судьбой всей своей семьи. Примером подобного сюжета является рассказ «Хозяйка горы и охот­ ник» («Таг ээзибе аңчы») (текст 25). По мнению Н.П. Дыренковой, «человек творил “хозяев” по своему образу и подобию, наделяя их своими страстями и слабостями, свои