Фольклор шорцев: В записях 1911, 1925-1930, 1959-1960, 1974, 1990-2007 годов. - 2010. (Т. 29.)

Она отметила, что «образ ребенка, рожденного от связи женщины с медведем, варьируется в разных мифах. Но это всегда получеловек- полузверь» [100, с. XX]. В нашем томе представлены образцы из это­ го цикла (тексты 18, 19), а также несколько медвежьих песен, свя­ занных с охотничьим культом (тексты 46, 47). Образ получеловека-полумедведя популярен не только в шорских сказках «Уш Карак» (текст 9), «Ай Тамаш» (текст 8), но и в тувин­ ских, как, например, в сказке «Медвежий сын силач Ыйгылак-Кара» [81, с. 227]. В народные сказки включаются песенные вставки. В этом случае прозаическая речь чередуется с текстом песни, исполняемой речита­ тивом, как, например, в заимствованной из русского фольклора сказ­ ке о петухе (см. доп. I, текст 4), либо оказывание перемежается ис­ полнением песни. Так, в сказке «Кийигеш брат и Тийинеш сестра» («Кийигеш эр қарындажыба, Тийиңеш қыс қарындажы») (текст 13) жалобы снохи Тийинеш и самой Тийинеш поются (звуковая иллю­ страция 3 на компакт-диске). Сказкам свойственно органичное проникновение в их состав ма­ лых жанров: благопожеланий, заклинаний, проклятий, загадок и т.д., которые включаются в монологи и диалоги персонажей. Среди традиционных сказочных формул выделяются начальные, медиальные и финальные, которые бывают развернутыми и сокра­ щенными. Например, сказка «Охотник Абышка» («Аңчы Абышқа») начинается кратко: Пурун полган полтур ‘Давно это было, оказыва­ ется’ (текст 2, бл. 1). В сказке «Охотник Панюгеш» («Аңчы Панӱгеш») в зачине ис­ пользована эпическая формула: Амдыгыныцалыпда , пурунгунун соонда , улуг чыштыц тӱбӱнде ӧкӱс ацчы Панӱгеш чуртаптыр. Азы - рыған абазын пилбенча , тӱгӱп эмискен энезин пилбенчаттыр ‘Ны­ нешнего поколения раньше, прежнего поколения позже, в глубине великого леса сирота — охотник Панюгеш жил, оказывается. Вскор­ мившего отца не знал, родившей и вскормившей матери не знал, оказывается’ (доп. I, текст 2, бл. 1). Среди финальных формул, наряду с традиционным сообщением о благополучном продолжении жизни героев, присутствуют разновидно­ сти сказочных завершений-концовок, включающие информацию от самого сказочника, который якобы осведомлен о судьбе персонажей сказок в настоящее время: ӱш аргышчы нанып , ӱгелерише маллерин