Фольклор шорцев: В записях 1911, 1925-1930, 1959-1960, 1974, 1990-2007 годов. - 2010. (Т. 29.)

щил-возил, много клал. Он же богатый, ему все мало было. С тех пор, как сюда пришел, я вовсе отдыхаю. 34 Это услышав, Соган снова во весь рот рассмеялся. Жена, это услышав, снова, не давая ему прохода*, стала расспраши­ вать: — Над чем смеешься? Если не говоришь — не любишь, наверно, любишь другую, поэтому и не говоришь. Снова он словами ее успокоил-остановил: — Прежнюю жизнь вспоминаю, здесь я (райской) жизнью живу, — сказал. Однажды снова услышал разговоры [коней]: — Че, — сказали, — наш хозяин — очень хороший чело­ век. Уже совсем на нас перестал ездить. Нашим ногам бегать нужно, он же только кормит. Нас бы запряг и хорошо погнал, как бы мы его прокатили! Печень-кровь поправились бы, как хорошо было бы! Как бы мы его хорошо прокатали, — сказа­ ли. 35 Это услышав, Соган сказал: — Эзе , жена, — сказал, — этих коней нужно запрячь, в лес, чтобы мысли развеять, не съездить ли? — В чем же дело, почему бы не съездить? — сказала та. В теплую одежду нарядились, время зимы было, оказывает­ ся. Коней запрягли, сели, поехали. До сегодня застоявшиеся кони галопом скачут, вожжами не удержать. С гор (буран) тянется, за аал выехали, по белой степи едут. Только снег за ними разлетается, ветер, играя, вихрем метет. Так целый день проездили. 36 Вернувшись, коней распрягли, поставили. Кони снова, заржав, стали разговаривать: — Какой же хороший человек, этот наш хозяин! Сколько с нами ходит, ни разу и одной плетью не тронул! Что там плеткой ударить — даже пальцем не тронул. За такого хозяи­ на в огонь-воду пойти готовы! Это услышав, Соган снова рассмеялся. Это жена подмети­ ла. Че, ничего не сказала. Однажды эти двое — муж с же­ ной — овец вышли встретить, в чулан закрыли: — Мя, мя! — разговаривают [овцы] между собой.