Фольклор шорцев: В записях 1911, 1925-1930, 1959-1960, 1974, 1990-2007 годов. - 2010. (Т. 29.)

грозит полное исчезновение. Тема бездетности типична для фолькло­ ра [82]. Волю богов успешно выполняет, перевоплотившись в альта, второй конь Ак Кана. Мотив замещения алыпа конем прослеживается во всех четырех вариантах сказания «Ак Кан», а также в сказании В.Е. Тан- нагашева «Ачазы қул атпа туңмазы қул ат» (букв. «Старший брат — саврасый конь с младшим братом — саврасым конем»), записанном нами в 2001 г. В этом сказании главным героем является Алтын Тай- чы. У него старший брат, рожденный жеребенком, после своего рож­ дения убегает, но впоследствии, будучи помощником и покровителем богатыря, превращается в человека-богатыря. Младший брат тоже рожден жеребенком, но он так и остается ездовым конем. В сказаниях В.Е. Таннагашева есть и другие эпизоды, связанные с оборотничеством коней. Например, в сказании «Чылан Точий» [110] конь, чтобы спасти мальчика, превращается то в пень, то в Сарыг Шимельдей (‘Рыжая Шимельдей’) — обитательницу подземного мира. Надо сказать, что оборотничество коня в человека в шорском эпосе — явление редкое. Генетически этот мотив, возможно, восходит к традиции тюркоязычных народов, которая хорошо прослеживается в эпосе долган, хакасов, якутов. Сын лошади Аталамии — богатырь из сказания долган рожден кобылицей, якутский богатырь Дыырай Беге тоже сын лошадей, хакасская героиня Ай-Хуучин рождается вме­ сте со своим будущим богатырским конем у породистых скакунов, причем она появляется человеком, а ее брат-близнец — жеребен­ ком. Общеизвестно, что в эпосе тюрко-монгольских народов конь яв­ ляется покровителем своего хозяина, превосходит его в даре предви­ дения, быстроте реакций в сложных ситуациях, обладает твердой волей, подчиняющей всадника в минуты, когда тот проявляет слабость. Он способен перевоплощаться в разных животных, насекомых и даже на время изменить свою стать, оборотившись захудалым плешивым конем. В алтайском эпосе конь может принять облик человека, что­ бы осуществить разные хитрости [32, с. 133]. Неразрывная связь между всадником и его боевым конем, несомненно, говорит о куль­ те коня, восходящем к тотемистическим представлениям древних людей (более подробно см. [43]). Художественно-поэтические особенности сказания «Ак Кан» в це­ лом типичны для жанра героического эпоса шорцев и других сибир