Якутские народные сказки - 2008 (Т. 27)

ц о в с к о г о д о м а , н е д о л ж н а о г л я д ы в а т ь с я , п о т о м у ч т о т о г д а н а з н а ч е н н о е е е с ч а с т ь е д о л ж н о о с т а т ь с я (у роди­ телей)”» [85, с. 168]. Из сказки в сказку переходят некоторые персонажи, ставшие посто­ янными: это бесчисленные старушки, одинокие или с единственным ре­ бенком, часто безымянные или отличающиеся друг от друга разве что именем; это сообразительные служанки; это Хара Хан (букв.: Черный Хан; эпитет «черный» у тюрок издавна был идеальным этническим цветом), богатый сосед с детьми и домочадцами, а не правитель вопреки титулу, чье значение позабыто якутами; это девушки самые прекрасные на свете, нередко волшебного происхождения и наделенные каким-либо чудесным даром. Главный этнический герой разных сказок — Мэргэн (Бэргэн). Его на­ рицательное имя в значении «меткий стрелок, охотник» свидетельствует о южно-сибирском происхождении: у бурят, алтайцев и других родствен­ ных народов герой с таким именем выступает не только в сказках, но и в эпических песнях. Будущие исследования, возможно, позволят открыть в сказках о Мэргэне частицы того наследия, которое якуты принесли на берега Лены. В собственно якутских сказках нет упоминаний об иноземных цар­ ствах или королевствах. Согласно им, Средний мир населен лишь якута­ ми. В нем сказочные герои постоянно сталкиваются с абаасы, обитате­ лями Нижнего мира, впрочем, часто имеющими жилища и в Среднем мире. Абаасы. — исконные и постоянные противники настоящих лю­ дей — якутов. Термин абаасы Худяков (а вслед за ним и другие лица) переводит как «дьявол», что нужно считать анахроничным перенесением. Вместе с та­ ким переводом исподволь и обязательно навязываются христианские представления, не свойственные собственно якутским сказкам. Исключительное, поразительное по буйству воображения описание сказочного абаасы приводит Худяков из какой-то недошедшей до нас сказки: «Длиною в один аршин, половина рожа, половина туша, в дохе из жертвенной шкуры, наколенники из шкуры “скотского падежа и го­ лодовки”, туго обвитый с мышек до пояса небесным плотным гладким железным ремнем; с обезображенным лицом, подобно луже на круглом поле (с озером) в ненастье, с плешиной, подобно вывороченному заржав­ ленному красно-медному котлу, а вокруг этой плешины несколько желез­ ных волос, подобно мелкой чаще; вздутые глаза, как крученые железные кольца лошадиных удил, нос с желваком, как голень хорошей лошади,