Якутские народные сказки - 2008 (Т. 27)

тились в такого жеребца, Алып Т[уйгун] привязал его к дереву, на котором сидел родившийся орел, и сказал: “Да будет это тебе дорогим подарком, большим моим пожертвованием, получай ты коня такой масти для сча­ стья будущих поколений!”» [85, с. 271]. Наряду со стремлением к благоденствию якутский сказочный герой, естественно, думает о продолжении рода. Тема добывания невесты крас­ ной нитью проходит через множество сказок, по преимуществу волшеб­ ных. Иногда эта мысль передается весьма выразительно: «Однажды ут­ ром, — говорит сказка (из числа недошедших полностью в записи Худя­ кова. — Ю. С.), — сын их не ел обыденную пищу, не разговаривал с ро­ дителями, сердился. Они спросили его: “Что с тобою, голубчик?” — “Да ведь все породы бегающих зверей имеют жеребцов и самок; все роды крылатых имеют самцов и самок. Только я в продолжение своей жизни все обнимал свою локтевую кость. Пары мне не стало: обнимал поперек толстые колени, камусная постель стала холодною; шерстяной ков­ рик прохладным; кровать, сложенная неправильно, мучительной. Седло мое — подушка стала устаточна; доха-покров неплотной, шуба малополез­ ной. Я нуждаюсь в равном друге, лежащем (со мною) на постели. Нет у меня госпожи жены, лежащей на левой стороне”» [85, с. 179]. В заключительной части этой же редкой сказки красочным образом объясняется происхождение одного из свадебных запретов: «Родители стали отпускать свою дочь с женихом и говорят: “Возьмите себе платья и скота, что вам понравится”. На это дочь отвечала: “У жеребят я возьму только узду, у телят — нарыльник, из посуды — хамыйах (ложку)!”. Взяли и поехали. Тут жеребята сказали: “Если пошла наша узда, зачем мы ос­ танемся?”. И все жеребята пошли за своею уздою. Тут кобылы сказали: “Когда пошли наши дети, и мы не останемся”. Пошли за жеребятами. А жеребцы сказали: “Мы не остаемся от своего табуна”. А телята сказали: “Когда пошел наш нарыльник, зачем же мы останемся?”. Быки сказали: “Мы не остаемся от коров”. Весь скот и пошел. Чашка сказала: “Я не ос­ таюсь от хамыйаха”. Пошла за хамыйахом. Пища сказала: “Я не остаюсь от посуды”. Имущество сказало: “Мы не остаемся от пары, от подобного себе”. Люди сказали: “Мы не лишаемся имущества, не остаемся от своего скота”. Все и пошли за невестой. Остались дома отец и мать, да старуха- служанка Симэхсин-Эмээхсин. Вышла эта старуха на крышу и зажгла огонь, достигающий до неба, и сказала: “Девушка! Родители твои горят: взгляни левым глазом!”. На это девушка взглянула краем левого глаза. По­ ловина скота, богатства, сытости оторвались, остались от нее и воротились домой. П о э т о м у - т о до с и х п о р д е в уш к а , у е з ж а я и з о т ­ 3 Заказ №61