Якутские народные сказки - 2008 (Т. 27)

двум самцам-медведям, выбежавшим из лесу, подравшимся, сорвавшим друг другу косматую шкуру шеи (бок), покрывшимся темною кровью и отправившимся в темные каменные горы. Был горбатый темный лес, по­ добно девяти голубоватым оленям, бегущим рысью друг за другом. Был темный лес, подобный семи бело-пеганым оленям, бегущим рысью друг за другом. Когда посмотрел он на южный конец: были там обрамляющие вокруг горизонт белые горы, подобно бегущим белым оленям. По сю сто­ рону их были высокие рощи, подобно девяти толстым, неуклюжим, не понимающим по-якутски солдатам, стоящим на карауле у кладовой с саблями, думая, что придут мошенники, сделают беду. Были осиновые де­ ревья, подобно шаману Кынапу, хвастающемуся перед народом. Был мел­ кий ерник, подобно семи пожилым старухам, бегущим и волочащим за собой ремешок обуви. А еще ближе были серебряные кочки, подобно отрубленной и стоймя поставленной голове шамана Болчонгнура. (В се­ редине) было важное дерево с восьмисложными ветвями, с листьями и хвоями, протянувшимися от Татты, с господами шишками, подобно бо­ гатому человеку, стоя держащему вверх дном стакан-чорон с девятью кольцеобразными возвышениями и махающему им, с листьями, подобно стоящему старинному Нарахе-шаману, держащему за железную рукоятку навзничь бубен с деревянным кругом, обтянутый кожей годовалого те­ ленка, и ударяющему в него: “дъиыр, дыгыр..'.', с золотою корою, с сереб­ ряною мезгою, с древесиною из серебра под чернью. Святая желтая бо­ жественная жидкость переливалась вниз, подобно жемчугу русского че­ ловека, навздеванному на нитку, а снизу святая желтая божественная жидкость подымалась кверху, подобно вздымающейся лежавшей жирной чисто белой кобыле, ею-то напивался проголодавшийся, от нее-то полнел, ел голодный, отогревался озябший; это был дорожный завтрак для вер­ хового, была ночевка для пешего. Когда посмотрел он, желая узнать, где оканчивается верхний конец этого дерева: проросло оно сквозь голубое небо, видимое якутам, сквозь чисто белое лучезарное светлое небо, через белое небо трех рядов и на восточной его стороне сделалось главной ко­ новязью из серебра под чернью у Белого господа бога с молочно-камен­ ным седалищем. Когда посмотрел он, думая: “Куда-то прирос нижний конец (дерева)?”, спустился он, сделался ысыахным колом госпоже Коров­ нице (Ынахсыт). Умозаключил (Алып Т[уйгун]): “Это, должно быть, сосре­ доточие моей восьмигранной местности!”» [85, с. 391—392]. Сказочник владел обширным набором изобразительных средств. Лег­ ко и точно выбирая объекты для любования, он прекрасно знал, что и как следует описать, и с удовольствием нанизывал череду словосочетаний