Якутские народные сказки - 2008 (Т. 27)

признавать самозаписью собирателя. Достоверность записей якутских сказок еще следует подтвердить исследователям. В перечне лиц исполнителей довольно много людей названы сказоч­ никами, что приходится принимать на веру, поскольку от них зачастую записывали по одной-две и не более пяти сказок. Если эти люди дейст­ вительно были сказочниками, то скромное число записей от них означа­ ет, что собиратели фольклора, очевидно, в силу разных причин не могли или не старались получить полные репертуары исполнителей. Отсутствие репертуаров якутских сказочников очень обедняет представление о мас­ штабе сказочной традиции в Якутии, о мастерстве рассказчиков, о стиле самих сказок. Справочные материалы в двухтомном собрании Эргиса не утратят значения до тех пор, пока на смену им не будут созданы более совершен­ ные указатели и перечни. В истории молодой якутской фольклористики сборник Эргиса — бесспорно, этапное событие. После его выхода следовало бы ожидать уже серию подобных сбор­ ников, однако этого так и не произошло. Много лет спустя на смену Эр- гису пришла Ю.Н. Дьяконова. Она участвовала в нескольких фольклорных экспедициях и постепенно увлеклась сказками. Увлечение переросло в серьезные научные занятия, которые прервала неожиданная смерть. Уже после смерти Ю.Н. Дьяконовой стара­ ниями ее новосибирских коллег и прежде всего С.П. Рожновой увидело свет единственное монографическое исследование якутских сказок «Якут­ ская сказка: (Русско-якутские взаимо­ связи)», подготовленное в очень важ­ ном межэтническом плане. Вприложе­ нии [26, с. 107—175] приведены перево­ ды 10 сказок из архивных источников (за исключением текста № 9, источник которого не указан) Рукописного фольклорного фонда (по указателю Эр­ гиса соответственно № 126, 112, 218, 130, 154, 124, 106, 117, 222). Впервые в истории якутской фольклористики тексты сопровождены подробными аналитическими комментариями. Исследовательница якутских сказок и фольклора старожилов Русского Устья Юлия Назаровна Дьяконова (1953-1986).