Новосибирский Академический_М. И. Рубина, И. Я. Вершинина. - Новосибирск, 1979. - 160 с

старался учиться понимать и воспринимать изобрази­ тельное и декоративное прежде всего через театр, через пространство сцены, свет и фактуру». Морозов тонко ощущает именно современный опер­ ный театр, перспективы и пути его развития. С интере­ сом участвует этот художник в поисках новых вырази­ тельных средств на оперной и балетной сцене, в освое­ нии новых жанров. И все же сам он прежде всего лирик, влюбленный в жизнь, в природу, в человека. Потому так прекрасны его пейзажи в «Евгении Оне­ гине» или той же «Алкиной песне», так многозначны небо, земля, река в «Севастополе», «В бурю», «Тихом Доне», так явственно его сочувствие к человеку уни­ женному, оскорбленному, в ранней работе — балете «Маскарад» или в «Пиковой даме»... Непарадный интерес новосибирцев к сочинениям советских композиторов, к литературе неизбежно при­ вел их к «Войне и миру». Впервые новосибирские ар­ тисты и зрители встретились с оперным Прокофьевым. Ставил «Войну и мир» режиссер С. Штейн, горячий сторонник современного оперного театра. Анализируя этот спектакль, критики опять употребляли слова «све­ жий», «самостоятельный» и даже «актуальный», хотя события, описанные Толстым и положенные в основу оперы, принадлежат, как известно, прошлому (сама же опера написана С. Прокофьевым во время Великой Оте­ чественной войны, и, разумеется, не случайно). Снова