Новосибирский Академический_М. И. Рубина, И. Я. Вершинина. - Новосибирск, 1979. - 160 с

горячий. Женщина заклинает сына, его военную судь­ бу, самое смерть: пусть он останется жить, пусть, пусть! Драматический темперамент замечательной пе­ вицы и актрисы, создавшей целую галерею неповтори­ мых женских образов, в этой небольшой партии дости­ гал высот трагедийных. Не зря критики называли Мяс- никову «подлинным украшением театра». Есть дарования, обладающие особой художнической интуицией, мудростью сердца. У Мясниковой именно такой талант. Она знает о своих сценических героинях все и чуточку больше. Говорят, Мясникова могла бы с успехом играть на драматической сцене. Вполне ве­ роятно. Но тогда это была бы другая актриса. Потому что «оперная» Мясникова сильна прежде всего своим пением. Е!е большой гибкий голос способен выразить тончайшие движения человеческой души. Потому так зримы и музыкальные образы Мясниковой — камерной певицы, чьи концерты в Новосибирске и Москве, по центральному радио, пользуются огромным успехом. Но вернемся к «Севастополю». В полном единстве работали над этой оперой дирижер, режиссер и худож ­ ник. Драматургию спектакля они искали прежде всего в музыке. От нее шла естественность и в то же время скульптурная законченность мизансцен. Музыка под­ сказала образ неба — то зажатого серыми скалами, точно в раму, с тревожно-красными облаками, то хо­ лодно-стального, то черного, как ночь, то рассеченного зыбкими зелеными полосами — неба войны... В драма­ тически насыщенном, трагедийном материале театр