Новосибирский Академический_М. И. Рубина, И. Я. Вершинина. - Новосибирск, 1979. - 160 с

ванием, учились сложным приемам китайской панто­ мимы, то (в балете Меликова танцевальная классика сочеталась с древней культурой восточного танца. Необычная, непривычная современному глазу пластика служила, однако, главной для современного искусства цели: она передавала сложность духовной жизни че­ ловека. Именно эта потребность в искусстве, размыш­ ляющем о жизни и человеке, рождала новую образ­ ность балетного театра Григоровича, ставила ее в один ряд с достижениями других родов современного ис­ кусства. Недаром Назым Хикмет говорил, что видел СБОЮ пьесу в разных странах и театрах, но больше всего его удовлетворило то, что он увидел в балете^ Пластическая характеристика главных героев «Ле­ генды» давалась балетмейстером в развитии. Особенно многогранен противоречивый хореографический образ царицы Мехменэ-Бану, один из самых сильных обра­ зов современного балета. Все перепуталось, перепле­ лось в этой мятежной натуре — жажда счастья и не­ померная гордыня, самоотверженная любовь к сестре и жестокость по отношению к ней же — сопернице, больная совесть и неумение прощать... Чтобы спасти жизнь Ширин, царица жертвует своей красотой, а по­ том отнимает у Ширин того, кто той дороже жизни. Линии танца Мехменэ-Бану — то властные, острые, колющие, то смятенные, когда царица страдает. Кас­ кад поз, быстро сменяющихся -движений, медленных поворотов, внезапных остановок... Сложная техника, позволяющая балерине раскрыть тончайшие психоло